– Еще вопросы? – насмешливо спрашивает маркиз, его скользкая улыбка возвращается.
Мы все дружно опускаем глаза в пол. Никто больше не осмеливается сказать что-либо.
– Хорошо, – продолжает он. – Увидимся в Зале Вечного Света, когда раздастся следующий удар гонга. – Взмахнув рукавом, маркиз уходит с балкона, пятеро женщин следуют за ним.
Мы возвращаемся в наши резиденции, чтобы привести себя в порядок. Шеннон-ту из нашей резиденции сопровождают в баню, где мы купаемся в больших ваннах, наполненных ароматом цветов. Вокруг нас толпятся слуги, они хватают и дергают нас за волосы и наносят макияж на только что вымытые лица.
– Чувствую себя так, словно меня вот-вот поджарят и подадут на банкете, – ворчу я, когда две служанки сильно тянут меня за пояс. Лиан закатывает глаза и выбирает из предложенных на подносе украшений булавку с драгоценными камнями.
Шу очень понравилась бы вся эта суматоха. Она бы все свое свободное время проторчала в отделе вышивки, изучая новые техники у швеи. Но, как по мне, платья сдавливают горло и спину, значительно затрудняя дыхание. Они душат меня непрерывными мыслями о собственной неполноценности и непрекращающимся потоком сомнений.
Зал Вечного Света построен из деревянных панелей – тех, что я успела мельком разглядеть, когда была с Цин'эром. Окна распахнуты, демонстрируя виды. Это наилучшая точка обзора Цзя. Золотая статуя запряженной лошади со сверкающими драгоценными камнями рядом со статуей лучника, стоящего на одном колене и натягивающего лук, что нацелен высоко в небо.
Здесь запросто поместится целая сотня человек, поэтому семнадцать столов – по одному на каждого участника – едва заполняют пространство зала.
– Ее Королевское Высочество, Принцесса Инь-Чжэнь! – объявляет глашатай, и все мы падаем на колени.
– Пожалуйста, встаньте, – принцесса тут же отбрасывает формальности, и мы неловко встаем, чтобы посмотреть, как она шагает по комнате. Принцесса по-прежнему выглядит впечатляюще: она одета в платье, расшитое павлиньими перьями, ткань колышется из стороны в сторону. Под этим великолепным одеянием на принцессе темно-синяя облегающая туника и пояс из мерцающего золота. Она устраивается в резном кресле в передней части зала, позади нее колышутся крылья феникса, опахала.
– Готовы ли вы рискнуть жизнью ради возможности служить Дакси? – спрашивает маркиз Куан. – Можете уйти прямо сейчас, если боитесь выбрать не ту чашку.
Из числа конкурсантов тут же отсеивается пять человек. Они спешат в сторону двери, поклонившись принцессе и бормоча свои извинения и благодарности, но их никто не слушает.
Воспоминание Кана возвращается ко мне. Принцесса налила ему две чашки и велела пить. Несмотря на то что он опытный мастер боевых искусств, тогда в арсенале Кана были только слова, которыми он мог сражаться, и именно эти слова спасли его. И все же он выпил. Он пошел на риск ради своего народа. Сейчас мне предстоит подобное испытание.
Тем из нас, кто все же остался, велят подойти к длинному столу на другом конце зала и взять поднос с нашим именем. Я благоговейно беру нужный поднос, не забывая о бережном обращении с посудой. Чайная посуда еще красивее, чем сервизы в резиденции. Фарфор настолько тонкий, что кажется, будто он может разбиться от одного лишь моего вздоха. На дне чаши лежат рыхлые стебли и тонкие голые листья.
Я смотрю на чайные листья, ничего не понимая. Мое лицо становится горячим, кровь приливает к голове.
Зрение расплывается, но снова фокусируется, когда я моргаю. На листьях отсутствует тонкий серебристый пушок, благодаря которому чай получил свое название.
Это не «Серебряная игла».
Кто-то положил мне в чашку другой чай.
– Все в порядке? – Изящная рука касается моей руки. Нос наполняется нежным ароматом лилий. Я уставилась на назначенную мне девушку, которая ожидает, когда я подойду к нашему столу.
Маркиз пересекает комнату, обращая внимание на то, как я колеблюсь.
– Если боишься, нет необходимости и дальше продолжать участие в состязании.
Нужно ли сказать об ошибке? Но в этом нет никакого смысла, если он целенаправленно положил мне не те листья, к тому же это выдало бы то, что кто-то мне помогал.
Маркиз приближается все ближе и ближе, и я знаю, что мне нужно сделать.
Я поворачиваюсь, чтобы позволить девушке проводить меня к нашему столу, и цепляюсь ногой за несуществующий табурет.
А затем падаю.
Поднос с грохотом ударяется о пол, чашка отлетает в сторону и разбивается. К ним присоединяюсь и я, приземлившись на пол. Чувство собственного достоинства заметно задето, но это единственный вариант, который пришел мне в голову.
Девушка из чайной выглядит потрясенной, ее губы округлились, но она быстро восстанавливает самообладание. По мне так застать ученицу чайной врасплох – то еще достижение.
– Неуклюжая девчонка! – маркиз спешит мне навстречу, он смотрит на меня с нескрываемым отвращением. – Этот чай стоит больше, чем годовой заработок дворецкого. Как ты смеешь растрачивать столь драгоценные ресурсы?
