Сэр Уильям Невилл, младший сын второго барона Латимера, был молод, амбициозен и, по словам мага, выступавшего против него в суде в 1533 году, не отличался особым умом. Будучи выходцем из старейшего аристократического рода, который, возможно, уходил корнями чуть ли не во времена Нормандского завоевания, Уильям явно ожидал для себя большего. К его досаде, согласно праву первородства статус младшего сына не позволял ему наследовать земли или титулы отца. Он не пользовался особой популярностью при королевском дворе, его личные земельные владения были относительно невелики, а брак с вдовой Элизабет Гревилл принес лишь скромный дополнительный доход. Следовало что-то менять, если он хотел добиться признания и почета, как он считал, положенных ему.
В отличие от другого (никак не связанного с ним) Невилла, с которым мы познакомились в предыдущей главе, Уильям не был готов идти на убийство ради собственного продвижения — по крайней мере, не самолично. Тем не менее он замышлял нажиться на смерти нескольких человек. Согласно расследованию государственной измены в 1533 году, все началось в районе Рождества двумя годами ранее, когда Уильям познакомился с человеком по имени Нэш из Сайренсестера, который утверждал, что умеет предсказывать будущее[150]. У Нэша были хорошие новости для Уильяма, пусть и дурного тона: жена Уильяма скоро умрет. Нэш заверил своего нового клиента, что это определенно положительный момент, потому что, овдовев, Уильям женится на «одной из родственниц Грейстока» — предположительно, на родственнице барона Грейстока, магната и крупного землевладельца на севере Англии, — что значительно повысит его статус в политических кругах и увеличит состояние[151]. Еще более обнадеживающим предсказанием Нэша было то, что вскоре после повторного брака, если Уильям правильно разыграет карты, он унаследует баронский титул Латимер, принадлежавший его семье. Если верить судебным показаниям Томаса Вуда (с ним мы познакомимся чуть ниже), Невилл пришел в восторг от этой новости и не особенно переживал по поводу количества смертей, необходимых для его светлого будущего. Нэш порекомендовал Невиллу посетить некоего Ричарда Джонса (или Джониса — написано неразборчиво) в Оксфорде, который был более искусен в предсказаниях и мог дать более подробную информацию о том, как все должно случиться.
Корнелис Бега. Алхимик
Из показаний Невилла следует, что Джонс учился в Оксфордском университете и проявлял особый интерес к астрономии и церемониальной магии. Сохранившееся письмо Джонса Томасу Кромвелю с предложением изготовить философский камень для Генриха VIII указывает на то, что он также занимался алхимией. И определенно обладал всем необходимым для этого оборудованием. Когда Невилл оказался дома у Джонса, то поразился количеству «стилляторов, алембиков и прочих инструментов из стекла», заполнявших комнату. Дистилляторы и алембики были дорогими, но необходимыми инструментами для алхимических экспериментов: Джонс явно потратился на свое ремесло. Однако больше пользы для Уильяма в тот момент представляли навыки, которые Джонс использовал для колдовства над «четырьмя королями»[152].
