В своих последующих показаниях ни Невилл, ни Джонс не пытались скрыть тот факт, что вызываемые ими «короли» — демоны. Невилл описывал их как «королевских дьяволов», которых Джонс мог «так связать, что они не будут лгать». Эти демоны явно отличались могуществом, поскольку они отправили мага в необычное путешествие «в башню, где показали ему изображение упомянутого Уильяма Невилла в бархатной мантии и с короной на голове»[153]. Предположительно, это произошло только в воображении Джонса: в записях нет упоминаний, что демоны физически вынесли Джонса из окна в небо, но образ, нарисованный магом, оказался достаточно ярким, чтобы убедить Невилла в его подлинности. Изображение Уильяма, стоящего в бархате, представляло, как утверждали короли-дьяволы, будущее — будущее, в котором Невилл станет графом Уориком. Возможно, это не совсем то же, что стать королем, но взять на себя управление значительной частью Англии уже превосходило ожидания Уильяма. Наиболее полезным было объяснение дьяволов, как именно все случится. Скоро Англию ожидали большие перемены: Генрих VIII отправится за границу и не вернется. Более того, на трон не взойдет ни один наследник: согласно пророчеству королей-демонов, род Тюдоров должен захватить либо выживший потомок Эдуарда IV, либо Яков V, король Шотландии. На территории Англии пройдут три ожесточенных сражения, в ходе которых погибнет старший брат Уильяма, Джон. В интересах безопасности и сохранения власти семьи Невиллов Уильяму покажется необходимым захватить замок Уорик в последовавшей за всем этим неразберихе. Он мог убедить себя, что, став следующим графом Уориком и взяв на себя роль Джона — барона Латимера, он окажет стране услугу, то есть сохранит порядок и преемственность во время этого хаоса.
Уильям начал планировать свои действия сразу же после предстоящей проигранной и выигранной битвы[154]. Он написал брату письмо с объяснениями, почему его нужно освободить от участия в сражениях на севере, когда они начнутся, и таким образом попытался уберечься от опасности. Он также занялся подбором людей для управления владениями, сообщив Томасу Вуду, что назначит «Роджера Уинтера, Джона Уолша, Уильяма Гоуэра, [всех] благородных мужей из Вустершира, а также Ричарда Шелдона, чтобы они служили ему и были его советниками, Джона Моргана — главным его покоев, а Томаса Вуда — управляющим его гончих и земельных угодий»[155]. В своих показаниях Вуд не выразил особого энтузиазма по поводу того, что ему вверили бы заниматься гончими собаками, но, возможно, в частном порядке он был более заинтересован в этой должности. Ни в одном из документов дела нет подробного описания того, каким способом Невилл планировал извлечь прямую выгоду из очевидно приближающейся смерти Генриха VIII, но важным оставался факт: «короли» утверждали, что его преемником станет либо король шотландцев, либо (неизвестный) потомок Эдуарда IV. Если Невилл искренне верил в предсказание, то разумнее было бы попытаться сблизиться с очевидной личностью — с Яковом V Шотландским. Заискивание перед потенциальным наследником престола было распространенным поведением среди придворных, и Невилл явно считал, что владеет важной информацией, которая может обеспечить счастливое будущее, если действовать мудро.
Виллем де Пасс и Магдалена де Пасс. Томас Кромвель, граф Эссекс
Наряду с получением таких политически важных знаний Уильям также попросил у Ричарда Джонса волшебное кольцо, «подобное тому, что было у милорда кардинала [Вулси]». Эта просьба обусловлена повсеместными слухами о том, как Томасу Вулси удалось стать незаменимым для короля; очевидно, Невилл хотел заполучить долю этой сверхъестественной силы. Важно отметить, что на глазах у Невилла неумолимо набирал мощь, казалось бы, слабый Томас Кромвель, что, возможно, и вдохновило его на обращение за магической помощью. Кромвель начал политическую карьеру в доме Вулси, где Уильям также служил в юности. Он заметил, что в то время Кромвель «посещал» астролога-мага, «и вскоре после этого [не нашлось бы] человека, который был бы более близок с милордом кардиналом, чем Кромвель»[156]. Утверждали, что Кромвель использовал магическое кольцо, чтобы усилить свое влияние на Вулси, а сам кардинал использовал его, чтобы завоевать доверие короля.
