— Говорить она не в состоянии, — сказал он, — но понимать, само собой, способна. Если у вас есть фото, покажите. Но недолго. Ей нужен покой.
— Хорошо, — кивнул Саша. Никаких снимков у него с собой нет, но что-нибудь придумает.
Доктор ушёл, а Синицын вошёл в палату, где оказалось прохладно и неуютно, и увидел женщину, лежащую на кровати. Он подошёл ближе, вставая у изголовья. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь ровным гудением аппаратов. Саша протянул руку и мягко коснулся холодной ладони Дианы, пытаясь передать хоть каплю тепла и поддержки. Взгляд женщины, полный боли и усталости, встретился с его глазами, и в этом молчании возникло непередаваемое чувство — благодарность и надежда.
Лицо Самедовой, когда-то наверняка красивое, теперь было изуродовано ожогами и находилось в бинтах, через которые видны лишь повреждённые участки кожи и воспалённые глаза. Трубки и провода опутывали её тело, соединяя с мерцающими мониторами, отсчитывающими слабые удары сердца.
— Добрый день, — произнёс Синицын. Он понимал, что нужно действовать осторожно и внимательно.
Диана медленно перевела на него пустой взгляд.
— Меня зовут лейтенант Синицын. Мы расследуем ваше дело. Мне нужно задать вам несколько вопросов. Пожалуйста, постарайтесь ответить, как сможете.
Самедова никак не отреагировала.
— Если понимаете меня, моргните один раз. Если нет — два.
Женщина слабо моргнула.
— Вы видели, кто напал на вас?
Диана вновь моргнула.
— Знаете этого человека?
Глаза с трудом сомкнулись дважды.
Чёрт! Саша почувствовал досаду. У него не было опыта в опросе свидетелей и снимков подозреваемых с собой тоже. Как же узнать у неё детали? Называть имена бесполезно, раз Самедовой не знаком убийца. Начать описывать внешность всех подозреваемых по делу? Придётся так.
— Вы видели, был ли это мужчина или женщина?
Одно моргание.
— Женщина?
Глаза Дианы расширились и заслезились. В них отразился ужас. Синицын невольно сглотнул и нахмурился. Видимо, женщина вспомнила всё с ней случившееся, вновь переживает тот кошмар.
— Это женщина? — повторил он вопрос, и тут вдруг понял: Самедова смотрит не на него, а куда-то за его спину. Находившееся там заставило её забыть о боли и переполнило страхом.
Холодок пробежал по затылку Саши.
Медленно, стараясь не делать резких движений, он начал поворачиваться.
За его спиной кто-то стоял.
Лейтенант рухнул на холодный кафель больничной палаты. Удар по голове был внезапным и оглушающим. Мир на мгновение померк, но сознание быстро вернулось, пронзённое острой болью. Кровь, тёплая и липкая, заструилась по лицу, заливая глаза. Зрение мутнело, очертания предметов расплывались в багровой дымке.
Сквозь пелену крови Саша увидел её. Хрупкую, измученную, лежащую на кровати, а над ней, склонившись, навис силуэт. Руки, начавшие сжимать её горло, побелели от напряжения.
Инстинкт, профессиональная выучка, ярость — всё слилось в единый порыв. Синицын, превозмогая боль и головокружение, пополз к убийце. Затылок горел, каждый вдох давался с трудом, но он двигался. Должен был остановить этот кошмар!
Собрав последние силы, Саша вцепился в ноги убийцы. Тот вздрогнул и обернулся. Он отпустил жертву и обрушил всю свою злобу на лейтенанта. Удары ногами сыпались градом, повреждая рёбра, выбивая дыхание. Боль пронзала всё тело. Синицын не отпускал преступника, понимая: чем дольше держит, тем больше шансов у Самедовой выжить, ведь кто-то обязательно зайдёт в палату, услышит шум и поможет! Однако сознание ускользало. Лейтенант чувствовал, как его хватка на ногах убийцы ослабевает. Но он держал его, тянул время.
И в этот момент в палате появился кто-то ещё. Он бросился на убийцу, оттаскивая его от лейтенанта. Началась борьба. Синицын, избитый и окровавленный, лежал на полу, не в силах подняться, но слышал звуки ударов, хрипы, звон падающих предметов. Он пытался рассмотреть, что происходит, но веки были словно налиты свинцом. Кровь струилась, застилая всё вокруг багровой пеленой.
Борьба в палате продолжалась, но теперь она казалась дальше, словно происходила в другом измерении. Откуда-то сбоку послышались голоса, мужской и женский. Люди что-то кричали.
Внезапно всё стихло. Наступила звенящая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Синицына. Он почувствовал, как чья-то рука осторожно касается его лица, вытирая кровь.
— Лейтенант? Лейтенант, вы меня слышите? — голос был незнакомым, но в нём звучала тревога и забота.
Саша с трудом приоткрыл глаза. Над ним склонилась женщина в белом халате.
— Где… где… — прохрипел он, пытаясь сфокусировать взгляд.
Женщина успокаивающе кивнула. В этот момент Синицын увидел над собой лицо мужчины, в ссадинах и проступающих гематомах.
— Ты как?
Саша почувствовал облегчение. У него не вышло остановить убийцу. Но кто-то другой смог. Саблин!
— Спасибо, — прошептал лейтенант, проваливаясь в темноту.
Когда снова пришёл в себя, то уже лежал на больничной койке. Голова раскалывалась, рёбра болели, но он был жив. Рядом сидел следователь, его лицо выглядело усталым. Саблин улыбнулся, увидев, что лейтенант очнулся.