Маяк на краю времени полностью

Он почувствовал, что у него слабеют колени. Если бы здесь было куда сесть, он бы сел. Он вдруг весь сгорбился. Наверное, со стороны это выглядело странно, как будто кто-то с силой ударил его по позвоночнику. Миссис Каслри заметила это и одарила Джо легкой сочувственной улыбкой. Должно быть, она уже обо всем догадалась. Стало ясно, почему она не удивилась, узнав, что он забыл о знакомстве с Кайтом.

– Да, – сказал Кайт. Теперь в его голосе звучало любопытство. – Я только что пристрелил ее на ваших глазах. Вы этого не видели?

– Я…

Кайт указал ружьем на изувеченный трупик на земле.

– Около десяти секунд назад.

Маккаллоу выглядел встревоженным.

– Ох, надо же.

– А теперь, – сказала миссис Каслри, – давайте посадим молодую черепаху номер два на стороне будущего, рядом со старой черепахой номер два.

Джо впивался взглядом в старую черепаху, потому что не хотел видеть, как умрет молодая. Прогремел выстрел. Но со старой черепахой ничего не случилось, она лишь спряталась от шума в своем панцире.

– Мне это не нравится, – неуверенно сказал Маккаллоу. Джо полностью разделял его мнение.

– Принесите, пожалуйста, третью черепаху сюда, на сторону прошлого, – вежливо сказал Кайт, хотя на лице у него явно читалось: «это мне приходится в них стрелять, болван».

Маккаллоу с несчастным видом потянул сани на другую сторону. В инфернальном красном свете мелькнула его тень. Миссис Каслри и Джо пришлось помочь ему спустить третий ящик на землю. Третья черепаха была оживленнее предыдущих. Она жевала салат и с интересом смотрела на собравшихся. Как только она оказалась рядом с ними, на стороне прошлого, Маккаллоу вернулся к себе. Кайт опустил на землю молодую черепаху номер три, и Джо посмотрел на миссис Каслри, отчаянно желая, чтобы та сказала «Не надо, давай лучше я», потому что в действиях Кайта была какая-то пугающая отрешенность. Капитан не отвел взгляд. Он даже наблюдал за черепахой, перезаряжая ружье, которое было рассчитано только на один выстрел за раз, рукоять его вполне могла сойти за дубинку в случае, если этот выстрел не попадет в цель. Но он попал, и, когда звук выстрела затих, Джо еще долго чувствовал, как гул эхом отзывается у него в груди. В красном свете лампы кровь на льду казалась черной.

Старая черепаха не исчезла. Она неторопливо откусила кусочек яблока и моргнула, глядя на них. Миссис Каслри взглянула на Маккаллоу.

– Вы все еще ее видите?

– Разумеется.

– Тогда… давайте перенесем ее обратно.

Они снова погрузили ящик на сани и перевезли его на сторону будущего. Джо напряженно ждал, когда зверюга исчезнет. Но этого не произошло. Третья черепаха сидела на том самом месте, где они ее оставили, продолжая жевать.

– Это все? – с тревогой спросил Маккаллоу.

– Да, – сказала миссис Каслри. – На это мы и рассчитывали. Причинность имеет место только тогда, когда есть разница времен. Если поместить две хронологически связанные вещи в одно и то же время, они будут существовать независимо друг от друга, – она улыбнулась Джо. – Так что, пока вы здесь, вы не исчезнете, даже если что-то случится с вашими бабушкой и дедушкой.

– Эм… хорошо, – сказал Маккаллоу с таким видом, словно вообще не понимал, что происходит.

Кайт снова заряжал ружье.

Джо слишком поздно понял, что он собирается делать.

– Маккаллоу! Бегите, черт подери!

Тот непонимающе уставился на него. Джо рванулся было, чтобы оттолкнуть его, но Кайт свободной рукой вцепился ему в плечо. Маккаллоу наконец побежал, но пуля попала ему в затылок, и он растянулся на льду.

– Зачем вы это сделали? – спросил Джо. – Он же ничего не знал!

– Он знал о столбах, – равнодушно сказал Кайт.

– Черепахи очень вкусные, – удовлетворенно заметил шотландский матрос, который до этого момента молчал, и взялся за веревку от саней.

Джо не мог говорить. Он молча смотрел на столбы, отбрасывающие на лед черные тени в кроваво-красном свете. На обоих столбах были вырезаны имена, в основном женские: Лиззи, Мхайри, Онор, Энн, Джем. Имена заполняли столбы от линии воды вплоть до границы красной полосы света. Некоторые надписи почти стерлись. Другие казались совсем свежими. Среди них было имя Мэделин. Увидев его прямо на уровне глаз, Джо почувствовал, как у него по шее побежали мурашки.

Похоже, строители знали, что при пересечении границы можно потерять память или изменить будущее. Они вырезали имена своих жен на случай, если к тому времени, как они вернутся, их здесь уже не будет. Джо мог ошибаться, но ему казалось, что людям свойственно так поступать.

Джо попытался отыскать в глубинах памяти какие-то воспоминания о камне, долоте, льде – хотя бы крошечные обрывки снов, – но ничего не обнаружил.

Это не эпилепсия. Она здесь ни при чем. Видения, Мэделин, мужчина, что ждал его, – он перебирал осколки жизни, которую вел до того, как какое-то событие, произошедшее здесь, все изменило. Джо накрыл ладонью сложенную открытку в кармане.