Миссис Каслри помолчала.
– Миссури, нам нужно знать, может ли он что-то вспомнить.
Джо замер. Морская болезнь вдруг отступила куда-то на задний план.
– Что? Я думал, мы все решили. Если он что-то вспомнит, это будет означать, что портал не стирает память полностью…
– Вот именно…
– Да, вот именно! – сказал Кайт. Когда он горячился, его голос становился высоким. – Он может вернуться домой, вспомнить все это и… Агата, он
– Да. Поэтому мы так или иначе должны это выяснить. Нельзя ведь, обнаружив бомбу, просто ждать, взорвется она или нет? Если он останется в живых и при этом будет что-то помнить, то ему придется остаться здесь.
– И что мы будем делать? Навечно запрем его на чердаке?
– Да. Ты послушай себя. Ты надеешься, что бомба не опасна и тебе не придется ее обезвреживать. Но надеяться на лучшее – сомнительная стратегия.
Кайт молчал.
– А если вспомнит, – тихо добавила она, – вполне вероятно, что захочет помочь. Захочет остаться. Нам не придется постоянно его запугивать. До осады осталось недолго, он сам тебе сказал. Нужно, чтобы он нам помог, по-настоящему помог, а не просто сделал хоть что-то, потому что мы его заставили.
– Вопрос в том, захочет ли он. Может, он просто придет в ярость и сдаст нас? И тогда мне придется его пристрелить. Я понимаю, о чем ты говоришь, но бросать в бомбу камнями тоже не годится.
– Ты просто трус, – сказала она.
В ее словах не было злобы – лишь разочарование от того, что собеседник слабее ее. Кайт с такой силой сжал кулаки под столом, что у него хрустнули костяшки. Наверное, это было больно.
– Нам нужно знать. Кроме того, мы не можем рассчитывать, что его никто не узнает. Кто-нибудь узнает его, кто-нибудь ему скажет.
– В самом деле? – сказал Кайт. Его голос снова стал высоким. – И кто же? Все погибли. Никто уже друг друга не знает. Я могу разгуливать по Эдинбургу, и меня никто не узнает, хотя по всей Республике висят объявления о том, что меня разыскивают.
– Тебе в рот песок не забивается? Уж больно часто ты прячешь в него голову.
Некоторое время они молчали.
Джо сел.
– Что вы обо мне знаете?
Они оба посмотрели на него так, словно у него выросла третья рука.
– Я знаю, что уже бывал здесь, – настаивал Джо. – На одном из этих чертовых столбов вырезано имя моей жены. Вы меня знаете, да?
– Агата, клянусь богом… – сказал Кайт.
Агата как будто и не слышала. Она смотрела на Джо, и в ее глазах читалось нечто среднее между тревогой и надеждой.
– Вы слышали о корабле под названием «Империя»?
– Я тебя отправлю под арест, Агата, – очень тихо сказал Кайт.
Джо порылся в памяти, но безуспешно. На него навалилось уныние. Воспоминания из его эпилептических видений – или из той части жизни, которую он забыл, – были где-то так близко, что он не сомневался: стоит лишь хорошенько копнуть и они окажутся на поверхности. Однако название «Империя» ни о чем ему не говорило.
– Нет, – сказал он, – не думаю. Почему вы спрашиваете?
– Сержант Дрейк! – крикнул Кайт, и к нему подошли три матроса.
– Вы арестуете ее за то, что она пыталась мне помочь? – спросил Джо.
Агата подняла бровь, глядя на моряков, а затем встала и хлопнула Джо по плечу.
– Не думайте об этом.
– Еще одно слово, – сказал ей Кайт по-испански. Хотя Джо не представлял, откуда знает испанский, этот язык явно не был для него родным. Он понимал испанскую речь, но не в совершенстве. Джо слышал, что у Кайта аристократический выговор, но все же испанский звучал для него самого чужеродно и даже вызывал смутную тревогу, хотя он никогда раньше не встречал испанцев. Возможно, это было лишь культурное предубеждение – из-за инквизиции, – но Джо казалось, будто за этим стоит нечто большее, чем просто предрассудки. Он запустил обе руки в волосы и с силой потянул, словно пытаясь вытащить воспоминания наружу.
Агата не ответила.
– Ради бога, Дрейк, уйдите, или не надо потом мне плакаться, когда вас снова подстрелят.
Дрейк и остальные отступили в сторону и явно почувствовали облегчение, когда она ушла. Кайт кивнул им, разрешая снова сесть.
Джо подождал, ожидая какого-то объяснения, но его не последовало.
– Какое отношение ко мне имеет корабль «Империя»? Почему это так важно?
– Зачем вы меня спрашиваете? – устало сказал Кайт. – Вы же слышали. Если выяснится, что вы что-то помните, мы не отпустим вас домой. Вы можете вспомнить о портале и продать эту информацию. В ваших же интересах ничего не знать.
