В цокольном этаже под портиком замка виднелись шесть обезглавленных. Одна из женщин принесла ларец, откуда был вынут круглый предмет, который положили в отверстие-леток над цокольным этажом. Тут же забил фонтан на острие постройки. Я успел опознать круглый предмет: это была голова мавра. Она запылала как головня, довела до кипения воду в фонтане. Излетали пары, дуновения, клокотанье.
Лоренца на этот раз прижимала ладонь к моему затылку. Эту ласку я уже видел, когда она ехала с Якопо в машине. Одна из жен внесла золотой шар, отвернула кран в печи в цоколе постройки и нацедила в шар густую красную жидкость. После этого шар был открыт, но внутри оказалась не красная жидкость, а большое красивое яйцо, белое как снег. Жены положили яйцо на землю в кучу желтоватого песка. Там яйцо раскололось и из него вылупилась птица, уродливая и вся покрытая кровью. Но, напившись крови казненных, птица выросла прямо на наших глазах, хорошея и преисполняясь сиянием.
Тогда эту птицу тоже обезглавили и обратили ее в прах на небольшом алтаре. Кто замешивал тесто из пороха, кто закладывал это тесто в две хлебопекарные формы, и отправили обе формы на выпекание в печку, и раздули в печке пламя, играя на трубах. В конце концов формы отворили, и оттуда вышли двое существ, бледные, однако же красивые, хотя почти прозрачные, отрок и отроковица, ростом тела не выше четырех ладоней, мягкие и плотские, как живые создания, но с глазами пока еще стеклянными, минеральными. Их уложили на подушки и старец влил им в уста по капле крови.
Появились другие женщины, неся золотые трубы, украшенные зелеными венками, и преподнесли одну трубу старцу, который поднес ее к устам нежных двух созданий, переходивших от растительного прозябания к сладкому животному сну, и он начал вдувать душу в их тела. Зал залило сиянием, сияние ослабело до сумрака. Потом была тьма, озаряемая оранжевыми сполохами. Потом было необъятное зарево солнечного восхода, слышны были трубы. Трубы кричали высоко и резко. И невыносимый свет рубина. И тут я снова потерял из виду Лоренцу и понял, что никогда больше не обрету ее.
Все стало снова ярко-алого цвета, который медленно преобразовался в голубой и фиолетовый, а потом экран погас. Головная боль сделалась невыносимой.
– «Mysterium Magnum», – говорил Алье, на этот раз громким и спокойным голосом, стоя рядом со мною. – Возрождение нового человека через смерть и через страсть. Недурная интерпретация, должен заметить, хотя тяга к аллегориям во многих отношениях повлияла на последовательность описания фаз. То, что было вам показано, это только реконструкция. Вы, естественно, сознаете это. Но речь шла о Чем-то. Пригласивший нас утверждает, что это Что-то, это Оно, было получено им самостоятельно. Пойдемте же, и нам покажут осуществившееся чудо.
И елико порождаются сии уроды, надлежит думать: суть деи природы, даже когда видом отличны от человека.
Нас препроводили из залы в сад, и сразу же мне полегчало. Я постеснялся спросить у спутников, видели ли они Лоренцу. Лоренца, конечно, мне снилась. Но через несколько шагов был вход в теплицу. В теплице жаркая духота снова одурманила меня. Посреди растений, в большинстве своем тропических, было шесть стеклянных колб грушевидной формы, или же напоминавших слезу, заткнутых и запечатанных, налитых голубой влагой. В каждом сосуде трепетало существо не крупнее двадцати сантиметров. Мы узнали царя с седыми волосами, царицу, мавра, воина и двоих подростков, венчанных лаврами, голубого и розового. Они колыхались в нежном ритме наплывов волн, как будто пребывая в природной своей стихии.
Трудно было разобрать, что в колбах: пластмассовые куклы, восковые статуэтки или живые существа. Вдобавок жидкость была на просвет мутноватой и не давала увидеть, дышали ли фигурки взаправду или это был оптический обман.
– Кажется, они вырастают со дня на день, – пояснил Алье. – Каждое утро полагается эти сосуды зарывать в кучу свежего конского помета, который своей теплотой создает температуру, необходимую для роста. Точно как предписывается у Парацельса, который говорит, что «человечки должны возрастать при теплоте лошадиного чрева». По словам пригласившего нас господина, человечки разговаривают с ним, сообщают секреты и прорицают. Они передали ему истинные размеры Соломонова Храма и открыли, как экзорцировать демонов… По правде, лично я не слышал, как они разговаривают.
Лица существ казались очень подвижными. Царь любовно глядел на царицу.
– Наш хозяин рассказал мне, что как-то утром застал лазурного подростка, неведомо как выбравшегося из узилища, когда тот пытался раскупорить сосуд своей любовницы… Но будучи вне своей стихии, он дышал с затруднением. Его еле спасли, успели погрузить в его природную жидкость…
