– Это элементарно, – продолжал он, отвечая Бельбо. – Если тамплиеры, я имею в виду настоящих, оставили тайну и установили преемственность, нужно действовать для того, чтобы их разыскать. То есть в средах, где им легче всего миметизироваться. Где, может быть, они сами выдумывают ритуалы и мифы, чтобы чувствовать себя привольно, будто рыбы в воде. Как поступает полиция, ловя гениального преступника? Шарит по притонам, по кабакам, где водятся шаромыжники мелкого разбора, никогда не способные возвыситься до грандиозных масштабов, на которые способен разыскиваемый злодей. С чего начинает стратег террора? Как он завербовывает будущих соратников? Где он встречает своих и распознает их? Он отбирает в местах скопления подрывных элементов, где многие, кому не суждено достичь высот зла из-за недостатка таланта, ломают комедию и подражают предполагаемым идеальным вождям. Утраченный свет ищется в пожаре или в тлеющем торфе, когда под корнями отгоревшего леса продолжает теплиться мох, старый лист, полупревращенный в пепел. Где лучше всего маскироваться настоящему тамплиеру? Где, если не в толпе собственных карикатур?
62
Мы полагаем друидическими обществами по определению все те общества, которые определяют себя как друидические по имени или по назначению и которые производят инициации, восходящие к друидизму
Приближалось время полуночи. По программе Алье нам полагался второй сюрприз вечера. Мы оставили пфальцские угодья и снова тронулись в путь, еще выше в горы.
После сорока минут подъема машина Гарамона и Алье, а за нею и наша остановились у обочины лесочка. Нужно пройти через рощу, объявил Алье. За рощей будет поляна, но туда не ведет ни дорожки, ни тропы.
Следуя за ним, мы поднимались, оскальзываясь на палой листве. Влаги под подошвами не было, но чавкали волглая гниль и склизь корней. Алье время от времени зажигал фонарик, выбирая путь, но сразу же гасил его, поскольку мы не должны были выявлять своего присутствия на радении. Диоталлеви в какой-то момент отпустил одну из своих острот, не помню уж, кажется, про Красную Шапочку, но Алье напряженным голосом порекомендовал ему воздерживаться.
Когда рощица уже была почти что пройдена, вдалеке послышались голоса. Наконец мы завидели поляну, озаренную мягким светом не то от факелов, не то, скорее, от светильников, установленных прямо на траве и изливавших зыбкие серебряные лучи, как будто бы субстанция газа сгорала с химической холодностью в мыльных пузырях, витавших над землею. Алье велел нам остановиться где стояли, в укрытии кустарников, и наблюдать, но не обнаруживаться.
– Скоро появятся жрицы. Вернее сказать, друидессы. Будет заклинание великой космической девы Микиль. Простонародным христианским ее аналогом выступает святой Михаил. Не случайно святой Михаил ангел, соответственно обладает двойным полом…
– Откуда они? – прошептал Диоталлеви.
– Из разных мест. Одна из Нормандии, другая из Норвегии, есть из Ирландии… Эти сборища довольно оригинальны, а место располагает к ритуалу.
– Почему? – спросил Гарамон.
– Потому что одни места магичнее других мест.
– Но кто они такие… в жизни? – снова спросил Гарамон.
– Люди. Машинистки, служащие, поэтессы. Завтра вы можете повстречаться и вы их не узнаете.
Теперь была отчетливо видна группа фигур, собиравшихся в центре поляны. Я понял, что холодные, непонятные для меня огни были лампочками, зажатыми в руке у каждой жрицы, а мне потому казалось, что светильники на самой земле, что поляна была на макушке холма, и я с этой верхушки наблюдал издалека за группой жриц, которые всходили на холм из ниже расположенной долины. Одеты они были в белые туники, развевавшиеся на легком ветерке. Они расположились кругом, в середину встали три, проводившие церемонию.
– Три ведьмы хеллоуин из Лизье, из Клонмакнойза и из Пино Торинезе, – пояснил Алье. Бельбо спросил, почему назначены именно эти, и Алье пожал плечами. – Тише. Подождите. Я не могу в двух словах описать вам ритуал и иерархию нордической магии. Удовольствуйтесь тем, что я вам говорю. Если не говорю больше, значит, не очень подробно знаю сам… или не могу говорить. Я обязан соблюдать некоторые требования секретности.