– Значит, так и было, как Тамраев предположил: вы потеряли сознание, Аким вышел – вероятно, для того, чтобы вытащить вас из машины на воздух, – тут-то его «Хонда» и сшибла. Других вариантов развития событий больше нет.
– То есть Лева следил за нами?
Байер ел не спеша, время от времени прихлебывая кофе из пол-литровой кружки, которую я когда-то купила специально для него.
– Пока мы можем только предполагать, но да, скорее всего, следил. И тут удобный случай – пустая дорога, свидетелей нет, Аким как на ладони…
Сердце сжалось от картины, которую я вдруг представила, не желая того: Аким выбирается из машины и в этот момент его сбивает красная «Хонда» Левы Самсонова. Я поморщилась. Мне стоило усилия выключить экран фантазий и не смотреть, что последовало за этим мощным ударом.
– Его поймали?
– Самсонова? Нет. Улизнул из города сразу после своего каминг-аута. Тамраев вне себя от стыда и злости, боится вам на глаза теперь показываться. Мало того, что подселил к вам врага, так еще и упустил его.
Я пожала плечами:
– Откуда ему было знать…
– Я и сам дал маху, так что критику придержу, хотя есть что сказать. У меня к вам такое предложение, Анна: давайте съездим вместе на квартиру Самсонова. Тамраев пока посыпает голову пеплом и на все согласен, дал ключи, разрешил осмотр. Он там, правда, уже порылся со своими коллегами, говорит, вычищено все до блеска, шкафы пустые, нет вообще ничего. Естественно, парень подготовился, не просто так он вам сделал это программное заявление… Но, я считаю, лишним не будет взглянуть на его лежбище своими глазами.
– Вы верите, что он убил Акима?
Байер вздохнул, отложил вилку, взял кружку с кофе, но пить не стал, подержал ее в руках и снова поставил на стол.
– Верю, – наконец сказал он. – Я от вас скрывать ничего не хочу, в вас силы достаточно, чтобы неприятную информацию достойно принять. Я верю, потому что есть в этом мире подлецы, для которых такие люди, как вы с Акимом, словно кость в горле. Выдерни ее – только тогда он начнет дышать спокойно. Ресентимент никто не отменял. Он был, есть и будет. А убить несложно, тут все дело в совести. Если она есть – дня спокойного не даст до конца жизни. А если ее нет, то все нормально. Потенциальный убийца отлично знает, есть у него совесть или нет. У большинства она есть, потому в мире кое-какой баланс все же соблюдается – боятся люди мук совести, и правильно боятся, она же удавит потом, медленно и жестоко. А вот те, у кого ее нет… Их ничего не остановит. И если вот такой субъект без совести задумал убийство, да еще у него на это причины имеются – веские, на его взгляд, – то он своего так или иначе добьется. – Байер снова взял кружку, допил кофе, вздохнул, потом поднял на меня красные от недосыпа глаза. – Тип этот, Самсонов, идейный, так считаю. Что-то у него есть на вас и Акима. Охотился на вас без спешки, месяц за месяцем. Нанял актера этого… Не пойму только, почему он вас за эти недели не тронул. Он же жил с вами в одной квартире. И как он нашел Акима после того, как его увез с места происшествия тот неизвестный старик?.. Мы не нашли, а он нашел. Но это выясним, когда поймаем его. Теперь это дело времени.
– Тамраев при нем рассказывал про свидетеля и зеленую «Ниву».
– Еще один повод для печали… Для Тамраева, я имею в виду. Лейтенант послушал, на ус намотал и опередил следователя. Что ж… Судить не буду, все бывает. Ну так что, Анна, поедете со мной на квартиру Самсонова?
Девятиэтажка, в которой жил Лева Самсонов, находилась в спальном районе, в окружении своих многочисленных близнецов.
Пока мы ехали сюда, мои смартфоны трезвонили без перерыва. Лишь минут за пятнадцать до того, как Байер припарковал машину напротив подъезда с деревянной дверью, выкрашенной в темно-коричневый, я выключила звук обоих мобильников и сказала то, что давно собиралась.
– Эдгар Максимович, почему вы скрыли от меня историю с Бодояном? Вы же знали, что его избили Аким с Орловским.
Байер скосил на меня глаза, пожевал губами, потом ответил:
– Как я мог? Это была тайна Акима, не моя.
– Он просил вас не говорить мне?
Байер кивнул.
– Да я и сам узнал случайно. Просматривал дело Бодояна, думал, на чем еще его можно зацепить, чтобы хоть в психушку животное заперли. И как раз Аким пришел. Взглянул и говорит: «Этим можно больше не заниматься». Но мне, естественно, понадобились подробности. Вы же помните, мы изначально договаривались, что доверяем друг другу. Никаких тайн.
Я усмехнулась.
– Не вышло, да?
– Вышло, Анна. Не было никаких тайн. А эта… Аким всегда жил с оглядкой на вас. Ему всегда было важно, что вы думаете. И в этом случае, полагаю, он не хотел, чтобы вы о нем подумали… как-нибудь не так. Его сильно мучило то, что они с Орловским сделали. Аким был…
– Не говорите о нем в прошедшем времени.
