– Понятно… Еще камеры, как назло, опять вышли из строя… Бардак тут у вас, хоть и дом элитный. Завтра пойду с председателем ЖСК побеседую. Я знаю, где он живет, ходил к нему насчет тех же камер еще в самом начале, когда меня отправили дежурить в машине у вашего подъезда. Пусть вызывает мастера, это входит в его обязанности. Кстати, а почему вы сегодня приехали? Я вас завтра ждал.
– Забыла предупредить. Племянника увезли на день раньше, вот я и вернулась домой.
– Да-а… Как говорила моя мама: повезло родиться под счастливой звездой. Я – ни сном ни духом, Вадима до вечера понедельника отпустили, и как раз в этот момент грабитель… Подождите… Или это был не грабитель?
Я пожала плечами.
– Так-так… – нахмурясь, проговорил Лева. – Значит, сначала он достал нож…
– По-моему, это было шило, а не нож.
– Ладно, шило. Вообще, тоже странно – почему он взял именно шило? Если исключить вариант, что он сапожник…
Я нервно засмеялась. Кажется, начинают пробуждаться эмоции…
– Ну правда, Анна, вот не укладывается у меня этот субъект в рамки обычного грабителя. С шилом – ладно, пока неважно, пока этот момент опустим. Но – он же сразу приготовился нападать. Без слов.
– А что бы сделал нормальный грабитель?
– Нормальный – хотя как по мне, они все шизоиды – сначала стал бы, к примеру, срывать сумку с вашего плеча, или ударил бы, повалил на землю и тогда уже отобрал бы сумку или просто забрал оттуда деньги. А этот – молчком, и шило явно намеревался применить, так ведь? Как вы считаете?
Я кивнула.
– Ну вот… Конечно, может, все проще – он отморозок, ему легче убить, а потом ограбить, таких сейчас тоже немало…
– Лева, предположения без единого факта неконструктивны.
– Это верно… Эх, как обидно. Я ведь сейчас хотел к председателю идти, ругаться насчет камер, но отложил до утра. Так бы я мог… Ну ладно, что теперь об этом. Накапать вам успокоительного?
Я улыбнулась и покачала головой.
– Лучше скажите, кто присматривает за вашей мамой, пока вы здесь?
– Ее подруга. Она на пенсии, живет в соседнем доме. Знаете, они раньше, бывало, ссорились, по полгода не разговаривали, а сейчас – идиллия. – Лева усмехнулся. – Сидят целыми днями, телевизор смотрят. Мама раньше огонь была, на своем серебристом «Пежо» лихо по городу рассекала, волосы в рыжий красила, жизнь в ней била ключом. А сейчас… Машина в гараже, волосы седые, взгляд потухший… Приговорена к заключению в четырех стенах собственной квартиры. Приговорена смотреть глупый телик и слушать бесконечные подругины сплетни про общих знакомых, которых она и имен, наверное, после инсульта уже не помнит… Но… Что делать? Так сложилось… А подруге этой дома особо не рады – в небольшой двушке кроме нее еще дочь с мужем и ребенком, так, конечно, она с утра до вечера у нас. И я еще ей плачу немного, так что все всех устраивает. – Он помолчал, глядя в сторону. Потом перевел взгляд на меня. – Анна, вот скажите, почему мир так устроен, что если проживешь достаточно, то обязательно наступит эта чертова старость? Почему Бог лишил человеческую жизнь гармонии? Что за депрессивный путь – движение к одному только конечному пункту, к смерти? И все как бараны идут, идут по этому пути… А вот было бы так: чтобы прожить лет восемьдесят, девяносто, сто и не угасать умом, не дряхлеть телом, а оставаться крепким здоровым хомо сапиенсом с гладкой кожей! А смерть – ну пусть будет, тут понятно, что исход по-любому должен же быть какой-то, планета одна, пожил – уступи место следующему. Но если бы смерть эта была естественной точкой после жизни длинной, полной, яркой, без унизительного старения, вот тогда-то все стремились бы достичь гармонии, и не надо было бы законов, правил, люди и так хотели б свою часть жизни прожить достойно. Зачем же все эти испытания? Страдания зачем? Болезни, смерть близких, бессилие старческое, безнадега… Вот прожил, предположим, человек лет пятьдесят на этом свете, и даже если все у него замечательно, а все равно мысль в голове занозой сидит: что дальше? Как я буду доживать то, что осталось? И обязательно тут еще есть страх, причем страх не конкретно смерти, а именно тяжелой старости и болезненной смерти. Вот зачем все это? Нет, неправильно устроен этот мир… Вы, конечно, тоже никакого идеального мира не создадите, это ясно, но все равно здорово придумали. Только…
– Что?
– Все канет в Лету. Абсолютно – все – канет – в Лету. Хоть ты что делай на этом шарике, бесполезно. Ничего не останется после тебя. Разве что на небольшой срок, и то если очень сильно постараться. Вот примерно как вы стараетесь – очень, очень сильно…
– Старость тоже бывает разная, Лева.
Он поморщился.
