На следующий день я пошёл с ней гулять. Я вёл себя с ней, как полный кретин. Она рассказывала по телефону голосовыми на своём о том, какой же я был конченый. Понос не прекращался, меня штормило. Не было ни одного лекарства, кроме лоперамида, но даже пачка этого чудо средства не сдерживала не утихающую дрисню при тяжёлом отравлении. Мы ели с ней в кафе лапшу палочками, спасибо вьетнамцам, что научили пользоваться. Я ни о чём не думал кроме туалета. Эту девушку наверн попросил хозяин, чтобы она мне показала этот горный и прохладный мегаполис. А я просился быстрей домой, потому что замучил понос. Весь день провалялся. Пробил вписку в Сиани.
Доехал в типично переполненном поезде, всю дорогу я дристал в вагонном очке. Хорошо, мыл жопу душиком, как в Таиланде и Татарстане. Направлял струю себе в дырку и представлял, сколько китайцев срали в этом помещении и так же держали своими руками это же самое.
Я добрался до Сиани и стал сидеть на толчке и там. Было интересно, как пищевое отравление убивало моё тело, не было ни таблеток, ничего. Вечером я встретился с каучом. Приятный мужчина, приехали на хату, там вписывался ещё австриец, такой же пройдоха, как я. Такой на рожу типичный футболист сборной Германии Швайнштайгер. Я чистосердечно признался китайцу, что третий день дрищу без конца и края. Он дал мне таблетки и о чудо, мне становилось легче. Я сначала подумал, что он был гей, но он вскользь сказал о сыне каком-то, но меня это не разубедило. Он преподавал английский в Сианьском универе.
Мне стало легче, вечером поехали в центр. К нам присоединились двое парней американцев, потом поляк со своей голубоглазой девушкой из Аргентины. Какие-то ещё люди, наша компания стала человек под восемь. Мы еле уместились за столиком. Заказали себе одинаковые блюда. Они общались между собой, а мне присели на уши янки со своими сраными историями, как они в Индии факинг локал бейбис. Они рассказывали, а я как обычно улыбался, и они хаха ловили, что всё так просто.
Спустя три дня гостевания я пришёл в норму. Осталась одна дорога, очень протяжённая и опасная. Из Сиани до Казахстана, ну или считай, что почти до дома. Я сидел за компом и пытался пробить вписку в Алма-Ате. Запоминал в голове на гугл карте трассу и названия городов. Главным маяком ориентиром стал Урумчи — столица мусульманского Китая.
Удачно стартанув, я отдалился от Сиани километров на двести за один день с разными людьми. Оставалась всего ничего тысяча с небольшим до Казахстана.
Ночью я оказался в каком-то провинциальном городке. Шастал между хижин и домиков. Запёрся в какую-то общагу, там на карте показал, что я из России. Свалил оттуда, попёрся обратно к трассе, чтобы лечь спать на чистой, безопасной и ограждённой забором обочине.
Я заблудился и провалился в неглубокий колодец, за счёт рюкзака не сломал ноги. Он зацеплялся и смягчил всё. Меня догнал на машине китаец и отвёз в гостиницу. Я так понял, что из общаги той ему позвонили, он был похож на мэра города. С него не взяли денег за мой номер. Он купил мне целую копчёную курицу, и его друг дал мне интернета.
Чтобы девчонка и в России так же под меня залазила, как в Таиланде. В Сиаме, чтобы заняться с девчонкой соединением тел нужно просто быть, в РФ же быть недостаточно.
Я умолял водилу не въезжать в город, а выкинуть на трассе, чтобы я дальше ловил тачки. Этот придурок завёз меня в город через платильник, а обратно на трассу мне не позволяла пройти полиция. Я впервые так ярко наблюдал крайнее отчаяние. Там была пропасть с перилами. Нужно было просто выкинуть эту гитару, что неизменно висела на боке рюкзака. Она была, как новая. Всё было потаскано или убито, как я, но не она.
Я пошёл куда ноги идут в сторону города. Парень какой-то посадил на такси и заплатил, чтобы меня довезли до автостанции. Водила привёз куда надо, но не сдал мне сдачи: мы проехали мало, а уплачено много. Я убедительно показывал этому дятлу то на счётчик, то на бардачок, куда он прятал бабки. Он ни в какую не возвращал разницу и мне хотелось разбить ему морду за чужие деньги.
Женщина, у кого я ночевал в Хабаровске дала мне физическую карту Китая, и как раз от неё сохранился кусочек, где я был. До Урумчи было ещё далеко, и я купил билет до того, что было поближе.
Кругом степи и пески, женщины в платках. Это мусульманский Китай. И народ там как-то назывался по-особенному. Они ещё раньше независимыми были. В автобусе подружился с пацанами. Я написал им, что мне нужно переночевать в каком-нибудь сарае. Они дошли со мной до гостиницы, сняли мне номер. Меня долго допрашивали по телефону спецслужбы Китая. Я ей талдычил, что я продоветс одежды из России, просто путешествую в отпуске. Сама по английскому ни бе ни ме ни кукареку и ещё меня доставала со своими расспросами. Да, приехал в одиночку свергать вашу фальшивую компартию надо было сказать, ибо никаким коммунизмом тут и не пахло так же, как и во Вьетнаме. Одна и та же партия только лишь для того, чтобы одни и те же люди сидели долго и без замены, как в РФ.
