— Ты умён и наблюдателен. Ну, конечно. Надо же было как-то завоёвывать твоё доверие.
Риз замолчал. Если рассуждать справедливо, то упрекнуть Гелерда не в чем. Хотя всё равно он подлец.
— Скажи, — у Риза возникло ещё одно подозрение, — а Моргар, это и есть ты?
Гелерд рассмеялся в голос.
— Нет! Не надо приписывать мне чужую славу. Фэйгар действительно работал на меня, хотя и не знал, кто я такой. Туповат он оказался, чуть не испортил всё дело. Как говорится — хочешь сделать хорошо, сделай сам. После его провала пришлось взять самому. А что до настоящего Моргара — так сожгли его давно. Лет сорок назад. Но легенда живёт. И мне это на руку.
— Ясно. А про какой поединок ты упоминал? Хочешь, как и Урсен биться со мной?
— Ты против? Впрочем, у тебя нет выбора. Зря ты не завёл тотем. В нашей схватке он бы пригодился. Хотя… Я всё равно тебя убью. Прощай, тебе принести книг, чтоб скрасить время взаперти?
— Ты так добр. — Риз саркастично усмехнулся. — Принеси Гейна, дочитаю.
— Хорошо. Тогда до завтра. Спокойной ночи, маленький маг.
— Спокойной ночи, Гелерд.
Ну хотя бы он не связан. Уже неплохо. И хорошо, что в своей привычной одёжке — штанах, куртке и рубахе. Конечно, здесь, в Массале, в такой одежде несколько жарковато, зато в воротнике рубашки зашита маленькая, запаянная ампула, со ставшим привычным, зельем. Придётся пожертвовать дёснами, раскусывая хрупкое стекло — всё же это лучше, чем лежать связанным и беспомощным. Но это на самый крайний случай. Пока же, надо придумать, как отсюда выбраться и свобода в движении позволяла спокойно поразмыслить над своими дальнейшими действиями. Жалко только нет оружия. Голыми руками Гелерда с его тотемом не возьмёшь. Надеяться на честный поединок не стоит. Вполне возможно, что он и в комнату-то не войдёт. Выстрелит из арбалета через окошко в двери и привет.
Его внимание привлёк камень, вмурованный в стену. Риз ковырнул его ногой и ему показалось, что тот тронулся с места. Он нанёс несколько ударов каблуком башмака и камень раскололся пополам, частично раскрошившись.
— Дьявол! — выругался мальчик. Отколотый камушек был совсем малюсенький, чуть крупнее фаланги большого пальца. Единственное, на что он годился, так это на то, чтобы швырнуть в обидчика, выражая своё презрение. Нанести им какой-либо ущерб противнику не представлялось возможным.
Риз поднял добычу и поднёс к кристаллу. Свет от него стал заметно ярче, а кристалл сильно нагрелся, как и сам камень. Мальчик осмотрел минерал, напоминавший цветом тот, что он поднял на развалинах Башни Магов, прежде чем та рухнула на него. Риз убрал его в карман штанов и присел на корточки там, где выколотый из стены камень частично превратился в крошево. Ткнул в пыль, и как на развалинах, к кончику пальца прилипла мелкая крупица. Риз стряхнул её на ладонь, встал и поднёс к свету. Сначала ничего не происходило. Прошло с полминуты и крупица принялась таять. Как снег или льдинка. Только от неё исходило тепло, слабое, но приятное. И слегка кружилась голова.
Пользуясь тем, что кристалл горел ярко, мальчик осмотрел свою тюрьму. Подобные камни, в количестве восьми штук, были вмурованы в стену в разных местах. Риз последовательно попробовал их раскачать, но лишь один поддался его усилиям. Этот был уже крупнее, размером больше куриного яйца и с остро выступающей гранью. Вот это могло быть оружием. Мальчишка убрал его в правый карман куртки.
*
— Здравствуй, маленький маг.
В голосе Гелерда звучала грусть. Риз в какой-то мере понимал его — он не желал ему зла. Таковы игры магов, всё их существование состояло из борьбы за жизнь и Силу. Если бы Риз заранее знал и у него был выбор, он вряд ли захотел такой судьбы. Даже не соблазнился возможностью прожить тысячу лет. Гелерд, как и Урсен был заложником собственных амбиций. Но мальчишке до этого нет дела — Гелерд стал ему врагом.
— И тебе здоровья. — Риз саркастически усмехнулся. — Многие лета тебе, маг, многие лета.
— Не юродствуй. Впрочем, тебе не за что меня любить. Но при других обстоятельствах…
Гелерд замолчал. Риз подождал немного, потом спросил.
— Что там с обстоятельствами?
— При других обстоятельствах я бы хотел быть твоим другом.
Риз рассмеялся.
— Нет, маг. Дружба не меняется от обстоятельств. Друг — это тот, за кого ты вступишься, за кого рискнёшь жизнью. Разве такой как ты на это способен?
Гелерд зло посмотрел на мальчика. Презрительная улыбка Риза, в которой отсутствовал даже намёк на страх, привела его в ярость.
— Да! — не сдержавшись, закричал он. — Я, великий маг, больше двухсот лет делал себя сам, каждый день совершенствуясь и развиваясь, не смог достичь того, что тебе, мальчишке, досталось просто так, по случайности. Где справедливость? Почему я должен прозябать в твоей тени? Я не понимаю за что?
Задорный, громкий и обидный для Гелерда смех был ответом на истерику мага.
