– К сожалению, это не так просто, – покачал головой дядюшка Язва. – Ты не можешь просто взять и сломать магическую вещь, если не знаешь, как она была изготовлена. Чтобы разоружить магию, нужно понимать, как она работает. Вот почему часы Подлеца сразу же запечатали в янтаре. Уничтожить магическую вещь может только её создатель, а Подлец никогда на это не согласится.
– А если просто взять и взорвать часы? – загорелся идеей Сет. – Мы могли бы взять немного взрывчатки у мистера Аристократикса из квартала Блаженства!
– Или сжечь их? – предложила Малиса. – Бросить в жерло вулкана, например.
– Точно! – радостно вскинул кулак Сет. – Вулкан – самое то!
– Не получится, – помотал головой дядюшка Язва. – Уничтожив часы, мы вмешались бы в работу самой магии, создав магические помехи, а они могут быть очень опасными, особенно если в них задействовано время. Нас может занести неведомо куда в прошлое или в будущее, или же время может остановиться навсегда – и замрёт вся Вселенная.
– Да, дело серьёзное, – признал Сет.
– А может, попросить о помощи сестёр Злобст, Торнаду и Турбуленцию? – спросила Малиса. – Однажды они уже смогли остановить его. Может, у них есть какие-нибудь ценные сведения, которые будут нам полезны.
– После того как они спрятали часы, им и самим пришлось исчезнуть – из опасений, что какие-нибудь злокозненные упыри вынудят их раскрыть тайник. В Зловещем квартале оказалось немало тех, был готов на что угодно, лишь бы заполучить часы.
– Ладно, а тогда как насчёт ведьм, которые помогли сёстрам? – снова спросила Малиса.
– А вот это мысль, – сказал дядюшка Язва. – Дай-ка я быстренько черкну пару фантограмм в Дремучий Ведьмин Лес. – Он придвинул к себе ноутбук, раскрыл его и широко зевнул. – А потом, мне кажется, всем нужно поспать. Денек завтра предстоит трудный, и силы нам понадобятся.
Сет и Малиса тоже зевнули.
– А вы тогда сообщите моему папе, что я останусь ночевать у вас? – сказал Сет.
– Сию же секунду! – Дядюшка Язва, быстро-быстро побегав пальцами по клавиатуре, набрал тексты фантограмм для ведьм и щёлкнул по кнопке «отправить», после чего принялся печатать письмо по фантомной почте для Билла, папы Сета. Билл и дядюшка Язва дружили ещё со школы, и Билл дядюшке Язве доверял. Правда, если бы он узнал, что сын очутился в стране мёртвых, он мог бы и усомниться в благонадёжности своего старого приятеля.
Дядюшка Язва выдвинул нижний ящик картотечного шкафа и влез в него ногами. Малиса и Сет последовали за ним – и очутились в продуваемом сквозняками лестничном колодце, от каменных стен которого исходила стылая сырость.
Сначала они спустились на один лестничный пролёт вниз, потом резко повернули и стали по спирали подниматься вверх. По мере того как они взбирались всё выше, воздух становился теплее и всё явственнее благоухал лавандой и сандалом. Вскоре голый камень на стенах сменился обоями в цветочек.
Наверху лестница упёрлась в закрытую дверь. Щёлкнул замок, дверная створка распахнулась – и перед ними оказалась круглая комната с видом на крыши Подмирья, заставленная мягкими диванами и заваленная цветными подушками. Земляное небо к тому времени сделалось совсем тёмным – светлячки отдыхали, и раскинувшийся внизу город освещался лишь мертвенным светом газовых фонарей да дрожащими жёлтыми огоньками свечей за частыми переплётами окон.
– Ух ты! – восхитился Сет, слегка пошатываясь от усталости. – Будь у меня такой вид из окна, я бы вообще из дома не выходил.
– Именно этот вид и побуждает меня бороться за безопасность Подмирья, – сказал дядюшка Язва.
Сет протяжно зевнул.
– Вы не против, если я прикорну где-нибудь? – спросил он сонным голосом. – Знаете, когда я проснулся сегодня утром, мне и в голову не приходило, что меня зачарует вампир, что я буду колесить на велосипеде по стране мертвецов и удирать от оборотней. Честно говоря, я уже валюсь с ног!
– Само собой, парень. Гостевая спальня вон там, – дядюшка Язва указал на дверь, ведущую из гостиной.
Вдали, над Зловещим кварталом, продолжали вспыхивать заклятия, взрываясь и рассыпаясь искрами как фейерверки. В других кварталах стояла мёртвая тишина – казалось, они затаились, чтобы избежать разрушений. Малиса зевнула. Она и сама не знала, сколько уже просидела у окна, глядя на город внизу и размышляя, где сейчас прячется Подлец Злобст. Где он нанесёт следующий удар? Грозит ли опасность её семье? Может ли хоть кто-нибудь считать себя в безопасности, пока Подлец пользуется своей властью над временем как оружием?
Тёплая рука ободряюще похлопала её по плечу.
– Не засиживайся, старушка, – сказал дядюшка Язва, – иди поспи. Тревога – худший враг мудрости. Дай мозгам отдохнуть, и поутру они снова будут готовы дать противнику бой.
Оглядевшись, Малиса сообразила, что Сет, должно быть, уже лёг спать. Она улыбнулась дяде и направилась к двери в дальней стороне гостиной, ведущей во вторую гостевую спальню.
