– Да, всего один раз, перед похоронами Элиаса. Что, по-твоему, это значит? Это как-то связано с его… – Она начала нервно заламывать пальцы.
– Я думаю, Хэвард нам все объяснит. Вижу, вы знаете больше, чем каждый из нас. – Стейн заметил это еще в башне, когда обмолвился о теме предстоящей беседы.
Однако сейчас старейшина никак не изменился в лице.
– Я дал слово королю, что буду молчать.
– Даже если это поставит под угрозу весь Мальнборн и жизнь нашего короля? – возмутился Стейн.
– Хэвард, пожалуйста, – прошептала Арэя. Это был не приказ, королева в самом деле просила.
Старейшина с минуту колебался, а затем начал рассказ. Он говорил тихо, быстро, без лишних эмоций. Казалось, Арэя даже перестала дышать, услышав, что после свадебной церемонии с ней был вовсе не Гелиен.
– Думаете, король смерглов завладел сознанием Гелиена? – с тревогой в голосе спросила Арэя.
– Так думал Гелиен, – поправил старейшина, – но это невозможно. Камень Таоса был расколот, а связь между носителями древней крови разорвана. Смергл заперт в другом мире. Чтобы создать подобную связь, потребовалась бы немалая доля сил, а главное, кровь нашего короля и…
– У него была кровь Гелиена, – прошептал Стейн, вдруг вспомнив разговор с другом год назад.
– Что? – переспросил Хэвард, и все уставились на Стейна.
– Гелиен рассказывал, что, перед тем как его привели в восточный гарнизон, где держали пленных, король смерглов приготовил какое-то зелье и взял его кровь.
– Значит, он действительно завладел сознанием Гелиена. – Арэя пыталась дышать ровно, но получалось через раз. На нее было больно смотреть и Алвис, поднявшись, положил руку на плечо сестры.
Хэвард отрицательно покачал головой.
– Нет. Этого недостаточно. Единственное древнее заклинание, что мне известно, завязано еще и на тесных семейных узах. Даже если у смергла есть кровь нашего короля, подобную связь так просто не создать. Они должны состоять в родстве и духовно, и физически.
– Тогда что все это значит? – уточнил Стейн.
Старейшина развел руками.
– Не знаю. Но я уже приступил к работе и не успокоюсь, пока не найду ответы.
Тален стоял у окна, скрестив руки на груди, и на его непроницаемом лице впервые проявилась эмоция – на лбу залегла глубокая морщина.
– Тален, вам есть что сказать? – задал вопрос Стейн.
– Нет.
– Вы уверены?
– Абсолютно. – Его голос прозвучал вкрадчиво и тихо.
Стейн всегда настороженно относился к главному советнику Кьелла. Он в целом доверял ему, но порой сложно верить тому, о ком ничего не знаешь. Эта тайна вокруг происхождения Талена, о которой вечно умалчивал Кьелл, не давала Стейну покоя.
– А если это Гелиен, если…
– Это не он! – оборвал Алвиса Стейн. – Гелиен всегда сражался за людей и готов был умереть ради своих близких. Ты не заставишь меня поверить, что он собирается пойти войной на их королевство, переступая через трупы друзей!
Он был согласен принять множество вещей, которые казались невозможными, но только не то, что его друг, его король по своей воле забыл о долге, дружбе и любви.
Стейн внутренне сжался, приготовившись услышать тяжелые, а то и страшные слова. Но все собравшиеся молчали.
– Мы будем искать, – заверил Хэвард.
– И наблюдать, – добавила Райя.
Стейн запрокинул голову и глубоко вздохнул.
– Главное, ничем не выдавайте подозрений, – напоследок предупредил он.
Когда все ушли, Стейн долго не мог успокоиться. Ходил из стороны в сторону как дикий зверь в клетке, а затем схватил стул и с силой швырнул в стену, отчего он разлетелся на мелкие щепки.
– Сдурел?! – выкрикнула Райя, подскочив с места.
Откуда она здесь?
Он думал, что остался один!
Стейн тяжело дышал, пока Райя с тревогой глядела на него.
– Ты в порядке? – Она подошла ближе.
– Нет…
Стейн стремительно шагнул вперед и, обхватив ее лицо руками, жадно припал к губам. Райя выгнула спину и подалась ему навстречу. Поцелуй был горячим, необузданным. Она целовала его в ответ, ее страсть пылала так же сильно, как и его, от неистовых прикосновений губ и языков.
После всего Стейну надо было забыться, но он не хотел использовать в этих целях Райю, потому как слишком ее уважал. Но огонь, внезапно закипевший в крови, требовал большего, и Стейн сильнее поддавался этому дикому чувству. Он целовал Райю быстрее и глубже, опустил ладони на ее бедра, крепко сжимая. Она прильнула к нему еще ближе, и их тела соприкоснулись. Это была страсть в чистом виде, и Стейн не знал, как себя сдержать.
Было слишком хорошо. И совершенно неправильно.
С неимоверным усилием он оторвался от Райи. Настолько резко, что чуть не врезался в противоположную стену.
– Прости, – только и смог сказать Стейн. Они оба прерывисто дышали. – Я не хотел.
Золотистая кожа Райи ослепительно сияла.
– А мне кажется, именно этого ты и хотел, – прошептала она, делая шаг навстречу. Такого голоса он прежде не слышал. Ее тон был глубоким, соблазнительным, он будто манил и околдовывал его.
– Хотел… Я хотел забыться, но не так… не с тобой…
Райя замерла. Все следы страсти стерлись с ее лица.
– Мерзавец ты, Стейн.
Он никак не мог совладать с дыханием. Что-то новое.
