Стейн открыл было рот, чтобы оправдаться, но, не издав ни звука, закрыл и тяжело сглотнул.
Райя медленно пятилась к выходу. Ее слова висели в воздухе. Какая-то часть Стейна хотела подойти к ней ближе, вновь прикоснуться, но он не остановил Райю, так и оставшись стоять в центре комнаты. Она вышла в коридор и как можно тише прикрыла за собой дверь.
– О чем задумалась, сестра? Или о ком?
Сестра.
Это слово прозвучало непривычно для них обоих. Адела даже вздрогнула от такого обращения и смущенно отвернулась. Мысленно Финн неоднократно повторял его, но вслух еще ни разу не произносил.
– Не понимаю, о чем вы, Ваше Величество, – робко ответила Адела.
Финн многозначительно кашлянул.
– Хорошо-хорошо. Финн, – тут же поправилась она.
День уже клонился к вечеру. Теплый летний ветер приятно ласкал лицо, принося с собой ароматы фруктовых деревьев со всей округи. Они пили чай на просторной террасе в саду, расположившись на узких диванчиках с мягкими подушками. Круглый стеклянный столик между ними полнился тарелками со сладостями, а из носика серебряного чайника струился пар.
Адела молчала, тщательно перемешивая серебряной ложкой остывший чай.
Финн встретился с сестрой, чтобы обсудить утреннюю прогулку на лошадях, куда ее пригласил Ларен, а также разузнать подробности бала, после которого минуло уже два дня. Ему было весьма неловко приставать к Аделе со столь личными вопросами, однако от ее возможного брака с принцем Аланты зависело будущее всего Хадингарда. Да и любопытство перевесило терпение Финна.
– Признайся, Ларен – хороший парень.
– Он… Да, он хороший, – безучастно ответила Адела.
Пространство вокруг вдруг подернулось пеленой, и Финн часто заморгал, прогоняя ее. Он потер виски, ссылаясь на мигрень от излишне выпитого вина за ужином.
Внезапно Адела громко фыркнула.
– А еще принц высокомерен и грубоват.
– Грубоват? – удивился Финн.
– Я спросила, любит ли он читать… – Адела замолчала. Ее брови сомкнулись на переносице, будто она вспоминала утреннюю прогулку.
– И?
– Он ответил, что, разумеется, находит в чтении удовольствие. Только если не брать в расчет любовные романы. Принц, видите ли, считает их бессмысленной тратой времени! – Она опять фыркнула.
Финн едва не рассмеялся, но усилием воли подавил этот порыв. С первой встречи Адела казалась мягкой и приветливой, и такая реакция на резкое высказывание Ларена почему-то позабавила его. Хоть Финн и был согласен с ним, однако друг мог бы и промолчать. Будучи воином и командиром, Ларен не привык понапрасну тратить время и всегда говорил по существу. Тем не менее, когда того требовали обстоятельства, он мог быть учтив и весьма галантен.
– Полагаю, ты не приняла решение? – Финн улыбался уголком рта, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.
Щеки Аделы вспыхнули.
– Нет… Пока нет.
– Может, тебе стоит почаще выходить из покоев, чтобы узнать Ларена поближе? – поддразнил Финн.
Она сжала губы.
– Я увидела достаточно. Ты обещал, что не будешь принуждать.
Все недавнее веселье улетучилось.
– Я держу слово. Но и ты обещала дать ему шанс.
Адела явно не желала Ларена и не нуждалась в нем. Ей не было дела до того, что на ее месте мечтала оказаться каждая придворная дама. Интересно, а что испытывал Ларен? Финн пока не решался заводить с другом разговор о чувствах. Это был просто выгодный союз, но Финн видел, как принц смотрел на Аделу. Если бы она дала ему шанс, то политический союз мог бы перерасти в нечто большее.
– Ты давишь на меня. – Сестра ссутулила худенькие плечи.
Финн вздохнул. Он заговорил, стараясь, чтобы его слова звучали спокойно и непринужденно:
– Адела, я не давлю на тебя. Но невозможно сблизиться с человеком, постоянно сидя в своих покоях и уж тем более неправильно судить его, толком не зная. Ларен не похож на большинство принцев, что ведут праздную жизнь, попивая изысканные вина и шепча ласковые слова на ухо каждый раз новой женщине. Он самолично возглавляет армию Аланты и может назвать солдат по именам, а вот как надо разговаривать с девушками… Понимаешь, Ларен – наследный принц, и его отношения с женщинами…
– Быстро заканчивались постелью? – На загорелых щеках Аделы появился заметный румянец.
Финн ошеломленно заморгал, услышав от нее столь откровенный вопрос. Да он и сам смутился оттого, что его речь свернула в подобном направлении. Последние слова прозвучали довольно глупо.
– Адела, дай Ларену время. Вам обоим. Это все, чего я прошу.
Она прищурилась, словно просьба Финна требовала немалых усилий. Затем ее лицо стало спокойным и отрешенным.
– Хорошо. Прости меня.
Он открыл было рот, чтобы задать следующий вопрос, но тут Адела подалась вперед, глядя ему за спину. Финн обернулся.
К ним направлялся Эрик с недовольным выражением лица.
Финн сделал глоток чая и изобразил такую же гримасу.
– Без меня никак?
– Нет, Ваше Величество.
Он откинулся на спинку дивана, вздохнул и одним большим глотком допил чай. Проклятая пелена не желала рассеиваться.
