Однако на следующее утро напомнила о себе проблема пропитания. Вера не находила в себе сил посещать столовую и пригибать плечи под взглядами интересующихся, поэтому первую половину дня не ела вообще. А потом случайно вспомнила, что видела на цокольном этаже автомат с шоколадками. По иронии местного начальства, шоколадный автомат установили как раз возле входа в спортзал. Там было довольно пустынно в любое время дня, и Вера решила устроить себе маленький крестовый поход до автомата. Главное – избежать встречи с неприятелями, количество которых равнялось населению санатория. Пока одевалась, даже почувствовала прилив сил. Для настроения поставила на телефоне музыку из «Миссия невыполнима». Агент под прикрытием отправляется на задание – держитесь там, шоколадки.
Вера высунула голову из двери, в коридоре было пусто. Она вышла полностью, стараясь не шуметь, мягко прикрыла за собой дверь. В коридоре и на лестнице останавливалась, чтобы прислушаться. Все было тихо. Так, продвигаясь перебежками, она добралась до лестницы, которая вела в холл. Чтобы попасть на цокольный этаж, сначала нужно было пересечь площадку холла. Постояв там минуту и набравшись смелости, Вера перестала прислушиваться, выпрямилась и попыталась просто очень быстро пройти отрезок площадки. К несчастью, ресепшен прижимался почти к самой лестнице, а возле ресепшена мялась саратовская Маша с тем самым ключом, который постоянно размагничивается. Вера сделала вид, что не заметила ее, но Машу такая малость остановить не могла.
– Ой, привет! А ты не уехала, что ли? Я тебя не видела, думала, ты уже дома. Слушай, расскажи, что было? Тебя полиция допрашивала? – Маша была на взводе, она даже бросила свой ключ на стойке и спустилась по лестнице вместе с Верой. – У нас тут по-разному говорят. Кто говорит, что виноват только тренер, все-таки он взрослый, а детей наказывать нельзя, а кто говорит, что надо всех дисквалифицировать навсегда. Типа с самого детства чтобы привыкали играть честно. – Вера стремилась к автомату, а Маша все никак не отставала. – Ой, ты знала, что «Чесс. ком» про вас написали? Да и все новости местные, там даже фото есть. Ты видела? Нет? Посмотри обязательно! Слушай, а как вы до этого додумались? Или это тренер твой придумал? Алло, ты слышишь?
– Извини, мне нельзя ни с кем разговаривать про это.
– Реально? Ну вот, а я надеялась, ты расскажешь, как все было. Ой, блин, мама звонит, наверное, потеряла меня. Побегу! Если что, я в двадцать пятом номере, заходи поболтать.
Когда Маша наконец отцепилась и ушла наверх, Вера с удовольствием постояла в темном коридоре спортзала, слушая мелодичный шелест вендингового автомата. Потом забрала из ящика купленные шоколадки и, уже не прячась, пошла на свой этаж. В конце коридора приоткрытая дверь вела на общий балкон, а за дверью светил кусок неба. Вера вышла полюбоваться на южные кипарисы, цветочные клумбы и асфальтовые дорожки, покрытые татуировками детских рисунков. Когда стоять просто так надоело, она оторвала блестящую ленту упаковки и откусила ореховую шоколадку. Задумчиво пожевала, но умиротворение, ради которого она обычно и ела, не наступало. Вытянула руку за парапет и разжала ладонь. Шелестя и сверкая на солнце, шоколадки полетели вниз, а надкусанная долетела до земли самая первая. Пора избавляться от вредных привычек есть сладкое и надеяться, что все быстро пройдет и забудется. Не забудется. Этот позор теперь с ней навсегда.
Решение комиссии, как все сказали, было очень мягким. Это потому, как все сказали, что она призналась добровольно. Веру отстранили на полтора года и лишили победы. Чемпионкой по рапиду стала Оля Мохина, автоматически переместившись со второго на первое место. Призы комиссия постановила вернуть. Перечислить призовые сто тысяч ей все равно не успели, а вот с айпадом вышла загвоздка. Его тоже попросили вернуть, но поскольку Вера уже успела его распаковать, а неновый планшет дарить новому чемпиону не очень прилично, родителям сделали щедрое предложение купить за свой счет такой же планшет или вернуть в призовой фонд сумму, эквивалентную его стоимости. У Артема Николаевича забирать было нечего, поэтому его дисквалифицировали пожизненно.
Вера попыталась сделать вид, что ей все равно. Не стыдно, не обидно, не жжется внутри. Да и вообще, она так и хотела. Хотя, по-честному, за планшет было обидно. Да и Мохина эта еще. Представлять, как дурацкой Оле сообщают радостную новость и та не может поверить свалившемуся на нее счастью, было удушливо-неприятно, и Вера вышла пройтись.