– Вы правы: взял я вас в эту поездку не для того, чтобы вы работали. Я справлюсь с делами сам. А вы отдыхайте. Эти три дня вы можете заниматься чем хотите. У вас будет свой номер в отеле. Отель в центре. Там есть бассейн, магазины, салоны красоты. Гуляйте, развлекайтесь, деньги – не проблема. А завтра вечером я приглашаю вас в ресторан. И там мы с вами серьезно поговорим. Вот для этого разговора я вас и пригласил в поездку.
Сказав все это, Максим откинул спинку кресла и, закрыв глаза, сделал вид, что спит. Манино сердце колотилось: она хорошо понимала, что впереди – что-то новое и абсолютно необыкновенное.
Приземлившись в Дюссельдорфе, они прошли все формальности и вынырнули в городе. Максим отнесся к этому совершенно буднично: он довольно часто летал сюда по делам. Но Маня была изумлена. Она впервые оказалась за границей.
Пережившая очередную трудную зиму Москва девяностых казалась серой и безрадостной, а мартовский Дюссельдорф был похож на упитанного миллионера: все здесь было чистым, ярким, упорядоченным и вежливым. Время от времени в самолете Маня пыталась представить себе, какой предстанет перед ней заграница, а выйдя из аэропорта, она почувствовала, что все здесь на своем месте. И что она этому месту очень даже подходит. От ее внимательного взгляда ничего не укрылось: ни идеально вычищенные ботинки мужчин, ни автобусы, словно из будущего, ни сверкающие витрины магазинов.
В первый же день она почувствовала себя в этом городе хорошо. Так хорошо, будто она здесь тоже часто бывала по делам. И не просто часто бывала, но и прекрасно в этом заграничном городе ориентировалась.
Поэтому ей хотелось сейчас же окунуться в эту новую, яркую жизнь, которая была не похожа на все ее предыдущее существование. Она, совершенно взрослая и самостоятельная, сопровождает своего босса – владельца и директора транспортной компании… Своего… Которого… который взял ее в эту поездку…
Они разместились в отеле Breidenbacher Hoff (каждый в своем, отдельном, номере), располагавшемся на центральной улице Дюссельдорфа. Отель внешне был похож на серый бетонный бункер, но внутри был очень изысканным – с цветами на каждом этаже, дорогими коврами ручной работы, камином в ресторане. И для Мани, никогда раньше не бывавшей за границей и не жившей в дорогих отелях, это было настоящим событием. Она воспользовалась предложением Максима и на следующий день после завтрака сходила в салон красоты, потом на сеанс массажа, а после, как царица, возлежала в своем номере на мягкой, приятно пахнущей постели и смотрела телевизор на непонятном ей немецком языке.
Вечером Максим постучал в ее номер и предложил поужинать в ресторане поблизости.
Когда они сели за свой столик, Максим заказал бутылку хорошего шампанского и, когда сомелье открыл бутылку и разлил изысканный напиток по фужерам, сказал:
– Маша, возможно, вы будете удивлены. Но я хочу сделать вам предложение.
– Деловое? – спросила Маня, отпивая глоточек напитка, который так весело щипал ей язык, и улыбаясь от этого приятного переживания.
– Я предлагаю вам стать моей женой, Маша, – спокойно сказал Максим.
– Какой женой? – поперхнулась шампанским Маня.
– Моей женой. Законной, – уточнил Максим.
– Почему? – шепотом спросила Маня. – У нас же нет романа… Ну, в смысле не было романа до этой минуты. И… и… мне казалось, что такой человек, как вы… Не должны делать предложение такому человеку, как я, потому что… потому что…
– Почему же я не должен делать предложения такому человеку, как вы? – вопросительно поднял брови Максим.
– Я… я… не знаю, – сдалась Маня.
Она в данный момент даже не волновалась, настолько происходящее казалось ей то ли шуткой, то ли розыгрышем, то ли желанием шефа изысканно поиздеваться над своей помощницей.
– Если вы имеете в виду то, что у нас с вами не было никаких романтических отношений, то я сразу вам скажу, что я в них не нуждаюсь и очень ценю женщин, которые не настаивают на них. Я предлагаю вам стать моей женой, и все. В конце концов, между подачей заявления в загс и регистрацией брака пройдет некоторое время, и если вы передумаете, то мы тогда все отменим. Но если вы согласитесь, то свадьба состоится, и надеюсь, что вы не разочаруетесь в вашем решении.
– Можно я подумаю до завтра? – спросила Маня, у которой кружилась голова – то ли от шампанского, то ли от этого странного предложения, то ли… да она и сама не знала, от чего.
После ужина они разошлись по своим номерам. И Маня решила, что таким образом Максим дает ей время одеться в лучшую ночную рубашку и… может быть, придет к ней, чтобы провести ночь…
И тут она в самом деле запаниковала, потому что ей было уже двадцать с лишним, а у нее еще ни разу не было близости с мужчиной… И единственный, кого она когда-то хотела, был Амин. И больше никто никогда не вызывал у нее никакого подобного желания…
