Все это она вывалила Мане при встрече, не дав ей открыть рот, потому что больше рассказать это было некому. Лиза старалась сохранить чувство собственного достоинства, поэтому никому, даже родителям, не рассказывала о своей сложной семейной ситуации.
Маня слушала Лизу, все больше понимая, что даже страстный роман, который был у Лизы перед тем, как они с мужем поженились, не может быть гарантией счастливого брака. Так что когда Лиза исповедалась перед Маней и спросила, как ее дела, Маня, не раздумывая и неожиданно для себя, ответила Лизе, улыбаясь улыбкой, которую Лиза теоретически могла воспринять как счастливую:
– Лизик, я выхожу замуж за Максима. Через месяц.
– Маш, а ты хорошо подумала? – вдруг спросила Лиза так, как умела только она – внезапно, не зная фактов, в течение доли секунды поймать самую суть.
Мане стало неприятно от того, как Лиза отреагировала на новость: ей хотелось, чтобы Лиза порадовалась за нее и тем самым… поддержала решение, в принятии которого Маня так сильно сама сомневалась.
Лиза, увидев реакцию Мани, осеклась и сказала, желая поправить ситуацию:
– Машенька, я поздравляю тебя, если ты думаешь, что это правильное решение. Только вот… Максим ведь относится к тебе довольно холодно… Ты ведь сама об этом все время говорила. Да и, по-моему, вы просто коллеги по работе…
– А твое решение было правильным?! – вдруг разозлившись, внезапно крикнула Маша. – Ты что, счастлива? А ведь ты была у нас влюблена до потолка! Прямо Ромео и Джульетта!
– Маш… Маш, прости меня, я все время забываю, что в разговоре с тобой должна поддерживать тебя, а не говорить то, что я думаю… Мы с тобой договорились об этом когда-то…
Маня смотрела на Лизу холодно и враждебно. Лиза поежилась: ей меньше всего хотелось обидеть подругу, она раскаивалась, потому что который раз зареклась говорить то, что думает, ведь, возможно, и в самом деле она, Лиза, ошибается…
– Счастливо оставаться, – холодно сказала Маня. – Желаю тебе всяческого благополучия.
– Пожалуйста, Маш, постой, – расстроенно ответила Лиза, – ты не обижайся… Я сама не знаю, что болтаю… Может быть, из-за своих проблем… Но ты… звони… Прости меня, если я обидела тебя…
– Ладно, пока, – резко сказала Маня и ушла, громко закрыв за собой дверь.
«Как-нибудь обойдусь! – подумала Маня, выходя из Лизиного дома. – Жить в нищете, в дерьме, тяжело работать, думать, что тебя любят, в то время когда это совсем не так, и какую награду получить за это?! Ядовитое лицо свекрови? Оскорбления мужа, которому не понравился запах жареной рыбы? Нищета, как в каждой петуховской семье?! Боже мой, только не это! Я выбираю спокойствие и достаток! И пусть мне кто-нибудь скажет, что я не права! А Амин? Ненавижу его! Ненавижу!!!»
Маня решительно вынула из кармана мобильный телефон, который недавно подарил ей Максим, набрала номер Максима и сказала ему:
– Максим, я согласна на твои условия.
– Вот и умница, – спокойным, деловым голосом ответил Максим, как будто речь шла о чем-то незначительном, и добавил: – Кстати, зайди в офис, надо срочно разобраться с кое-какими документами.
Маня поежилась: этот их короткий разговор напомнил ей деловые переговоры, множество которых она наслушалась в приемной у Максима. Но она все-таки взяла себя в руки: решение было принято, и отступать уже было некуда.
Они поженились в тысяча девятьсот девяносто девятом году, в мае. Они просто расписались в загсе и поехали в офис.
– Как ты думаешь, как мне одеться? – робко спросила накануне свадьбы Маня Максима, надеясь на чудо. Несмотря на все обстоятельства их женитьбы, ей все же хотелось побыть настоящей невестой-красавицей.
– Это будет вторник, рабочий день, – отозвался Максим, бегло глянув рабочий календарь, – значит, нужно соблюсти офисный дресс-код. Тем более что сегодня ко мне приедет человек, от которого зависит то, как пойдет бизнес дальше, – и добавил: – Так что это будет важный день.
В загсе их быстро расписали. И Маня заметила, как видавшая всякое сотрудница загса с непониманием смотрела на то, как холоден Максим был со своей невестой. Она даже два раза переспросила Маню, является ли ее желание вступить в брак осознанным и добровольным. Маня оба раза сказала в ответ «да», хоть и не вполне уверенно. И ее странная семейная жизнь началась.
Максим, как и обещал, слетал с Маней в Грецию, на остров, где молодой муж снял на целую неделю огромную просторную виллу со своим пляжем.
Как только они вошли в дом, Максим сел напротив Мани и сказал ей:
– Что ж, давай наслаждаться нашим заслуженным отпуском!
Маня в ответ только тяжело вздохнула и кивнула. Как это было ни странно, она довольно быстро поняла, что этот брак будет нелегким и совершенно ей непонятным. Но с другой стороны, она никогда не видела рядом никакого примера брака – ни счастливого, ни несчастливого. Все женщины ее семьи – мама, бабушка, прабабушка – жили либо без мужей, либо быстро их теряли, по тем или иным причинам.
