В тот день они вместе и починили дверной косяк, и поправили церковное крыльцо, заодно Киря разобрался со сломанной газонокосилкой, укрепил ножку стола в трапезной. Закончили они уже поздно вечером. И пока они занимались этой работой, отец Евгений ни о чем его не спрашивал. И только потом, когда они уже сидели за чаем в ризнице, отец Евгений весело спросил Кирю:
– А что пришел-то сегодня? На службу? Или просто полюбопытствовать?
Тут-то Киря все ему и рассказал. А закончив, спросил:
– Что мне делать? Звонить родителям? Ехать к ним? Звать сюда? Да и как их простить?
– Усложняешь ты все, – ответил отец Евгений и намазал на кусок булки клубничное варенье. – В писании как сказано: «Всем сердцем почитай отца твоего и не забывай родильных болезней матери твоей. Помни, что ты рожден от них: и что можешь ты воздать им, как они тебе?»
Киря замер.
Отец Евгений улыбнулся и продолжил:
– Если с точки зрения обычного человека рассуждать, то тут и правда все очень сложно: прощать или не прощать, ехать или не ехать, звонить или не звонить… Но если не хочешь долго мучиться, то рецепт готовый есть: почитай родителей, и всё. А там как Бог даст. Как тебе такое решение?
Киря посмотрел в окно. На темном небе взошла половинка луны, окруженная звездами.
«И в самом деле, все просто», – подумалось ему.
В те дни связаться с родителями он так и не решился, но с того момента он время от времени стал приходить в церковь. Один раз даже отстоял молебен, но в основном помогал отцу Евгению в разных хозяйственных мелочах.
Отец Евгений был молодым батюшкой. Он только-только окончил семинарию, женился, у них родился ребенок. У него было много хлопот, и помощь Кири ему очень пригодилась. Киря же любил разговаривать с ним, затрагивая разные сложные темы. Ему нравилось, как отец Евгений, почти его ровесник, смотрел на жизнь – просто и мудро. И вот спустя несколько месяцев, когда Киря чинил электрическую проводку, отец Евгений спросил Кирю:
– Родителям-то позвонил?
Киря отрицательно покачал головой. Но про себя решил, что вечером обязательно позвонит, потому что тянуть с этим было уже невозможно.
– Ты можешь позвонить отсюда, если хочешь, – будто угадав его мысли, сказал отец Евгений. – Звони, я выйду, пойду матушку с прогулки встречу.
Киря на секунду сжался, как перед прыжком и… решительно взял в руки телефонную трубку.
Разговор был коротким: трубку снял его отец и, поняв, кто был на том конце провода, сразу заплакал. Подозвал жену, но она не смогла сказать ни слова – только всхлипывала.
Киря ждал от этого разговора чего угодно, но не этого внезапного тепла, которое расцвело у него в груди. Он чувствовал любовь. Одну любовь и больше ничего. Он почти не слышал, что ему говорил отец, – мешало ощущение любви и радости, да такое сильное, что многолетние боль и саднящая, как обширный ожог, обида испарились без следа. Хотя нет… кое-что Киря все-таки услышал от отца: они с матерью были здоровы, ждали его к себе в любую минуту и еще… еще у него была младшая сестра Нина.
Киря вышел из церкви. Его голова кружилась, а ноги подкашивались от этого небывалого наплыва чувств. Навстречу ему шел отец Евгений с матушкой и их маленьким сыном.
– Отец, благослови! – еле слышно сказал Киря, боясь, что сейчас не выдержит и заплачет.
– Да ты в храм-то зайди, – с улыбкой сказал отец Евгений, поняв,
Киря легко взлетел по трем церковным ступенькам.
– Благослови, отец! – еще раз сказал Киря батюшке. – И… что я должен теперь делать?
– Езжай к родителям, Бог даст, все сложится!
И Киря рванул домой собираться.
Дома его не было неделю, в течение которой баба Капа страшно извелась. Она ничего себе не готовила, ела пару раз в день кусочек хлеба со стаканом молока, да и все. Ей казалось, что Киря больше никогда не вернется, и она останется в этом большом доме совсем одна.
Но Киря вернулся. И зажил в доме с бабой Капой как раньше. Хотя… не как раньше. Кое-что изменилось.
Отец его вышел рано на пенсию, но так как был полон сил, то открыл собственную небольшую фирму – перевозил строительные грузы. Его компаньон, уставший от тяжелого климата, засобирался в более теплые края. В больших городах он жить не захотел и, познакомившись с Кирей, вдруг выразил желание жить в раздольной Сибири. Сказано – сделано.
И в самом деле, уже через пару месяцев после того, как Киря побывал у родителей, этот отцовский компаньон появился в Петухове.
Он потолковал с председателем совхоза да и организовал ферму. Взял себе в компаньоны и бывшего председателя совхоза (потому что у того были опыт и связи), и Кирю. Кире он предложил треть дохода за то, что тот будет заведовать всей техникой.
Так что, недолго думая, они с бывшим председателем наняли бывших колхозников – тех же самых петуховских, и дело на ферме закипело.
