— На этом дурацком балу я буду как полная дура! — выпалила она.
— Почему? — с непониманием спросила Лили.
— Блэк… — София сжала кулаки и скривилась, словно пытаясь выразить все те эмоции, что ее переполняли. Жаловаться им она не собиралась. Впрочем, жаловаться Блэку она тоже не собиралась. Зато знала, как сделать так, чтобы у него больше не возникало мысли звать ее на балы. Она тут же расслабилась и вновь нацепила безмятежное выражение лица. — Хочет, чтобы я пошла на бал, я пойду. Как думаете, для столь торжественного мероприятия больше подойдет футболка с эмблемой «Motorhead» или «Girlschool»?
— У тебя нет платья? — ахнула Алиса, с невыразимым ужасом на лице.
— В платьях я нелепо выгляжу, — огрызнулась она, но тут же смягчилась. — Да, впрочем, это и не важно.
— Это очень важно! — воскликнула Алиса.
София уже хотела ответить какую-нибудь дерзость, но увидела входящих на голгофу МакКиннон и МакДональд, которые направились в их сторону, но резко затормозили, очевидно, увидев Софию.
— Ваши идут, — сказала она с неприязнью, кивнув на вход. Она слезла с подоконника, подхватила сумку и, повернувшись к Лили и Алисе, сказала, улыбнувшись: — Приятно было с вами выкурить сигаретку, девочки.
Она с ними попрощалась и пошла в замок, пройдя мимо МакКиннон с высоко поднятой головой и не удостоив ее и взглядом.
***
София сидела в своей гостиной, дописывая эссе по Защите. Мортем задал ей большую работу в несколько футов длиной обо всех волшебных существах самого высокого уровня опасности.
Рядом сидели Като с Регулусом и обсуждали очередную статью из научного журнала, постоянно ее отвлекая. Она все время поднимала на них голову и ругалась, по большей части проклиная ненавистное эссе и свои прогулы, из-за которых у нее и скопились долги.
Регулус ей больше не помогал с написанием домашних работ, да она и не просила. Зато он соглашался проверить и указать все ошибки, что тоже было не так и плохо.
Из мужских спален вдруг послышались громкие голоса и в следующую секунду в гостиную вошел Крауч в компании Кэрроу и Розье.
София сразу напряглась, увидев его. Последние пару дней Крауч ее не просто избегал, он разворачивался в коридорах, едва увидев ее, уходил из гостиной, стоило ей шаг сделать, вставал из-за стола в Большом зале, как только она за него садилась, и даже старался не смотреть в ее сторону.
Вот и сейчас, только заприметив ее возле камина, он тут же смолк и быстрым шагом направился на выход из гостиной. София проводила его взглядом, не скрывая злорадство на лице.
Она повернулась обратно к своему эссе, встретившись с горящим взглядом Регулуса.
— Почему… — он запнулся на одну секунду, — почему ты мне ничего не рассказала? Про Барти.
— Потому что…
…не хотела выглядеть беспомощной? Потому что ты меня избегал который день? Потому что не хотела грузить своими проблемами?
— …а что я должна была сказать? — она сразу приняла агрессивный вид. — И вообще, ты-то откуда об этом знаешь?
В его глазах промелькнуло едва уловимое недовольство.
— Сириус со своими дружками целое представление устроили на голгофе, — произнес он c явным осуждением публичных разборок. — Впрочем, не могу его винить.
София сидела, затаив дыхание. Почему-то, она и сама не знала почему, когда Сириус говорил о брате, они всегда переходили на крик. Она всеми силами защищала Регулуса и выгораживала его. Когда же Регулус говорил о брате, она и слово не могла выдавить из себя.
Она была благодарна Блэку за то, что он заступился за нее. И ей было совершенно плевать, какими способами он это сделал и где. Главное, что его действия возымели эффект. Она бы не удивилась, если бы он с Краучем и в Большом зале разделался во время обеда, измельчив того в суп гриффиндорцам.
Это Регулус совершенно другой. Он бы мстил медленно, методично и с холодной головой. София даже не знала, что и хуже. Горячая, но быстрая расправа Блэка или медленная и мучительная месть Регулуса.
И как бы она не сопротивлялась этим чувствам, ей было приятно, что они оба за нее так беспокоятся. Хотя и понимала, что это совершенно неправильно и старалась не пускать эти мысли в голову.
София уже полностью свыклась с чувствами, что вызывает в ней Блэк. Вся безудержная страсть к нему вперемешку с нежностью казалось таким же естественным процессом, как дышать.
Сейчас их ссора и разлука виделись чем-то далеким и нереальным, словно и не с ними это происходило. Блэк каждую минуту дарил ей столько обожания и ласки, окружив вниманием, что она и забыла о тех мучительных днях порознь, будто их и не было.
