– Меня ждет дома работа, – сказал Робин, подписывая счет.
– У тебя нет нужды лгать, – сказала она. – Пока что ты обходился без этого. Зачем начинать сейчас?
– Я сказал правду. По ночам я работаю над книгой. Я поставил себе задачу ежедневно писать пять страниц независимо от того, когда я возвращаюсь домой.
Она с интересом посмотрела на Робина:
– Написать книгу – твоя тайная мечта?
– Я пытаюсь убедить себя в этом.
– Ты в этом не уверен?
Внезапно Робин показался ей очень уставшим.
– Мэгги, я не знаю, чего я хочу.
Ее лицо смягчилось.
– Ты несчастлив, Робин?
– Кто сказал, что я несчастлив?
– Человек, который не знает, чего он хочет, часто просто боится узнать правду. Его тайные мысли внушают ему страх.
– Спасибо, доктор. Я позвоню вам, когда мне снова понадобятся ваши услуги.
Мэгги вошла в свой люкс и бросила сумочку на кровать. Сначала все было так чудесно! Ее глаза померкли. К чему обманывать себя? Она сама все придумала. Она выбросит его из головы. Приглашение к Остинам породило ложные надежды. Ему просто требовалась красивая спутница. Только и всего. Теперь в ее распоряжении весь уик-энд. Она не собирается сидеть здесь и ждать его звонка! Она встанет рано, посмотрит утренний спектакль, а вечером пойдет в кино. Если Робин позвонит, он не застанет ее в номере. А в понедельник на телестудии она будет вести себя так, словно они едва знакомы. Мэгги приняла снотворное, повесила на дверь табличку «Не беспокоить» и попросила портье разбудить ее в десять часов.
Когда зазвонил телефон, Мэгги показалось, что она проспала всего несколько минут. Она попыталась снять трубку, но рука из-за снотворного была свинцовой. Телефон зазвонил снова. Она заставила себя взять трубку. Услышала голос портье: «Я знаю, что вы повесили на дверь табличку „Не беспокоить“, но на ваше имя поступила телеграмма с пометкой „Срочная. Доставить немедленно“».
Мэгги зажгла свет. Часы показывали четверть восьмого.
– Пусть принесут, – пробормотала она.
Потом встала с кровати, надела халат. Мэгги по-прежнему в любую погоду спала голой.
Она расписалась в получении телеграммы. От кого это? – испуганно подумала Мэгги, вернувшись в спальню. Кто-то из родителей заболел? Она развернула бланк. Быстро прочитала текст. Невероятно!
СТЕЛЛА ЛИ ЗАБЕРЕМЕНЕЛА. ТРЕБУЕТСЯ СРОЧНАЯ ЗАМЕНА. ПРЕДЛОЖИЛ «СЕНЧУРИ ПИКЧЕРС» ТВОЮ КАНДИДАТУРУ. ПОСЛЕДНИЕ ШЕСТЬ ЧАСОВ ПЫТАЛСЯ СВЯЗАТЬСЯ С ТОБОЙ ПО ТЕЛЕФОНУ. СРОЧНО ПОЗВОНИ ЗА МОЙ СЧЕТ. ХАЙ МЕНДЕЛ
Она заказала разговор с Хаем Менделом, но не за его счет. Пусть Робин Стоун и телекомпания оплатят и это! Мэгги услышала голос Хая. Телефонистка сказала, что его вызывает Нью-Йорк. Бедный Хай – в Калифорнии еще только пять утра! Но он просил позвонить немедленно.
– Мэгги!
Судя по голосу, он проснулся мгновенно.
– Как скоро ты сможешь прилететь сюда?
– Погодите, – сказала она. – Что это за роль? И сколько я получу?
– Какая роль? Стелла Ли согласилась бы на мелочь? Это главная роль, твоим партнером будет Элфи Найт. Стеллу снимали в течение недели. Ее постоянно тошнило, она думала, что подцепила инфекцию. Ей и в голову не приходило, что она беременна. Слушай, «Сенчури» и так уже на неделю отстала от графика. Я заставлю их заплатить тебе двадцать тысяч и подписать договор еще на одну картину. Они также оплатят твой люкс в отеле «Беверли-Хиллз».
– О Хай, как вам удалось этого добиться?
– Честно говоря, я едва не сдался из-за твоего отношения к кинопробам. Я всем расхваливал твою игру в пьесе О’Нила, но никто меня не слушал. А вчера, когда мы узнали про Стеллу, я снова закинул удочку. Честно говоря, я уже потерял надежду, но режиссер проявил интерес, он сказал, что ты – именно то, что ему нужно. Новое лицо.
– Кто он? Откуда знает, как я выгляжу?
– Я показывал твои фотографии всему Голливуду.
– О Хай… Надеюсь, я не подведу вас.
– Ну конечно. Слушай, твоя игра в пьесе О’Нила не лишила бы покоя Джеральдину Паж. Ты не станешь великой драматической актрисой. Но ты обладаешь ярко выраженной индивидуальностью и обаянием. Это качества звезды. Иногда, чтобы стать звездой, не требуется талант. Тут нужно нечто неуловимое. По-моему, у тебя это есть. Я помню первое появление Авы Гарднер – она была тогда еще девчонкой. Вы с ней чем-то похожи. Манерой двигаться. Я сказал об этом режиссеру.
– О боже, – засмеялась Мэгги. – Беднягу постигнет разочарование.
– Как бы не так. Он тут сейчас на гребне успеха. Только что сделал боевик, и «Сенчури» вцепилась в него мертвой хваткой. Это Адам Бергман.
– Адам!
– Ты его знаешь?
– Когда-то мы играли в одном полупрофессиональном театре. Хай, я безумно рада.
– Ты можешь прилететь сюда к вечеру? Воскресенье посвятишь чтению сценария. В понедельник займешься костюмами и гримом. Я забронирую номер в гостинице.
– Да! Да! Я могу вылететь сегодня.
– О’кей. Как только купишь билет, сообщи телеграммой номер рейса и время прибытия. Я тебя встречу.
