Этель поглядела на пустые кресла. Да кто он такой, чтобы вот так встать и уйти? Даже Дантон Миллер сидел и смотрел скучное шоу. Кристи, который был в два раза важнее Робина Стоуна, не посмел уйти. Кристи важнее даже Дана Миллера. Дана в любой миг могут уволить – сейчас он был в фаворе именно благодаря Крису. Как он посмел угрожать ей? Пока у нее есть Крис, она сильнее Дантона Миллера. И Робина Стоуна. Внезапно она поняла, что у нее нет никого, кроме Кристи. Сейчас ей тридцать один год. Не всю же жизнь она будет трахать знаменитостей. Через несколько лет они ее не захотят.
Этель сидела в полумраке, не слыша вежливого смеха аудитории. В ней зародилась и стала крепнуть новая идея. Почему она должна бросить Кристи? Одно дело – спать с ним, а совсем другое – стать миссис Кристи Лейн! Величие замысла воодушевляло Этель. Конечно, осуществить его будет непросто. Придется запастись терпением. А добившись своего, она сможет послать к черту всех. Дана, Робина – весь мир. Миссис Кристи Лейн! Миссис Телезвезда! Миссис Власть!
Они добрались до «Астории» в три часа ночи. Крис предложил Этель отвезти ее домой.
– В одиннадцать я должен быть на репетиции, куколка.
– Позволь мне уснуть рядом с тобой. Мы можем не заниматься сексом, просто я хочу побыть с тобой, Крис.
Его простоватое лицо расплылось в улыбке.
– Пожалуйста, куколка. Я подумал, что тебе удобнее спать у себя – ты должна переодеться и тоже прийти на репетицию.
– Нет, не должна.
Он повернулся к ней в полумраке такси:
– Почему?
– Объясню тебе, когда мы поднимемся.
Она молча разделась и легла в постель возле Кристи. Он изучал программу бегов. Живот Кристи вываливался из трусов, во рту торчала сигара. Он указал на соседнюю кровать:
– Спи там, куколка. Сегодня трахаться не будем.
– Я хочу прижаться к тебе, Крис.
Она обняла его рыхлое тело.
Он посмотрел на Этель:
– Ты сегодня какая-то странная. Что случилось?
Она заплакала. Этель удивилась тому, как легко это у нее вышло. Она вспомнила унижение, которое ее заставил пережить Робин Стоун, и всхлипывания переросли в рыдания.
– Куколка, скажи мне, ради бога, в чем дело? Я что-нибудь сделал не так? Объясни же.
– О нет, все дело в том, что это наша последняя встреча.
Сейчас уже слезы текли сами собой; она плакала из-за всех мужчин, которые провели с ней только одну ночь, из-за всей прошедшей мимо нее любви.
– О чем ты говоришь, черт возьми?
Он обнял Этель, потом неуклюже попытался погладить ее по голове. Даже запах дешевого одеколона и пота, исходивший от Кристи, вызывал у Этель отвращение, но она попыталась вспомнить, как танцевала с Робином. Представила себе лежащую в объятиях Робина немку и зарыдала еще громче.
– Куколка, скажи мне, я не могу видеть тебя в таком состоянии. Ты – самая сильная женщина на свете. Вчера я сказал это Кенни. «Этель способна убить за меня» – так я ему заявил. Что еще за глупости насчет нашей последней встречи?
Она посмотрела на него. Слезы текли по ее лицу.
– Крис, как ты ко мне относишься?
Он провел рукой по волосам Этель и задумчиво уставился в пространство.
– Не знаю, куколка, я об этом не размышлял. Ты мне нравишься. Нам хорошо вдвоем. Ты – отличный товарищ.
Она снова заплакала. Эта скотина тоже ее отвергает!
– Куколка, послушай – я не позволяю себе влюбиться. Один раз – это достаточно. Но у меня нет другой девушки. Ты будешь со мной столько, сколько захочешь. Как Кенни и Эдди. С чего это ты завела разговор о нашей последней встрече?
Она повернула голову в сторону:
– Крис, ты знаешь о моем прошлом.
Кристи покраснел.
– Да, это правда, – всхлипнула Этель. – Но то была не настоящая я. Настоящая я – это та женщина, которую ты знаешь. Ты боишься боли из-за Аманды – такое случилось и со мной. Я обручилась с одним парнем из колледжа. Я была девушкой. Он меня бросил. Я испытала такую боль, что решила перетрахать всех мужчин на свете, только чтобы расквитаться с ним. Ненавидела его, ненавидела жизнь, ненавидела себя. Встретив тебя, я как бы очистилась. Ты стал мне дорог. Я начала нравиться себе, и появилась подлинная Этель Эванс. Прошлое было маской. На самом деле я такая, какой ты меня видишь.
– Понимаю, куколка, я даже начал забывать о твоем прошлом. Чего ты разволновалась? Я спрашиваю тебя о чем-то?
– Нет, но, Крис, до тебя я встречалась с Дантоном Миллером.
Он сел в кровати:
– О черт, и с ним тоже! Ты хоть кого-нибудь пропустила?
