Кристи все хотел получать бесплатно. Этель с окаменевшим лицом лежала в кресле стоматолога. Она добилась-таки своего! После того как Этель завоевала симпатию Лу Голдберга, Кристи изменил свое отношение к ней. Он действительно поверил, что она переродилась. Он заявил: «Я ощущаю себя богом. Я сотворил леди из шлюхи!» Она улыбнулась и взяла его за руку… Господи, ей так хотелось залепить пощечину в эту глупую самодовольную физиономию. Однако теперь она сделает себе коронки, они будут готовы к обеду, который состоится в «Уолдорфе». Конечно, чтобы женить на себе Кристи, ей еще придется пройти долгий путь. Некоторые газеты намекали на то, что она обручена с Кристи, но он по-прежнему и не задумывался о браке. Она поиграла с мыслью о беременности, но Крис проявил предусмотрительность. Он не разрешал ей пользоваться диафрагмой и всегда сам надевал презерватив. Обычно он просто ложился на спину и позволял ей любить его. Он и правда поверил в то, что она кончает, прикасаясь к нему… Ладно, она хотя бы добилась расположения Лу Голдберга, и теперь ей исправят зубы. Неплохое начало. А еще она купит к обеду новое платье.
Обед в «Уолдорфе» ничем не отличался от любого другого обеда в «Уолдорфе». Дан Миллер прибыл в сопровождении новой «светской дамы», казавшейся точной копией его предыдущей спутницы. Только у этой волосы были окрашены «под седину». За их столиком два места оставались пустыми… Робин Стоун так и не появился. Этель пожалела, что истратила деньги на платье. Единственным важным событием стало ее представление миссис Грегори Остин. Оно произошло, когда они получали свои шубы в гардеробе. Этель держалась с подобающей застенчивостью; миссис Остин поздравила Кристи с успехом шоу.
Раздеваясь вечером, Кристи с ликованием вспоминал этот момент:
– Ты видела – сам Грегори Остин подошел ко мне и сказал, что я лучше всех. Он изменил своим правилам. Он мог просто кивнуть. Известно, что он держится на расстоянии от своих телезвезд. Боже, я никогда не забуду тот новогодний прием. Тогда он кивнул мне и, похоже, подумал – кто это, черт возьми?
Обнаженный Кристи плюхнулся в кровать:
– Ну, детка, вдохни-ка жизнь в мой сморчок. В конце концов, это для тебя честь – ублажать Короля.
Этель, не реагируя на его слова, медленно раздевалась. Взгляд Кристи, устремленный в пространство, выражал самодовольство.
– Знаешь что? Это имя – Король – не годится. Королей много – есть король Англии, король Греции, король Швеции. Но Кристи Лейн – один. Мне нужно сценическое имя.
– Примерь «Бога».
– Нет, это кощунство.
Кристи задумался:
– Как тебе нравится «Великолепный»? Слушай: мистер Великолепный. Сделай так, детка, чтобы в прессе к моей фамилии добавляли этот эпитет. Я действительно великолепен. Слышала, даже миссис Остин сказала мне, что она получает удовольствие от моего шоу? Это потому, что я – самый великий.
– Она бы решила, что ты самый скупой, если бы узнала, что я работаю у Херби Шайна.
– Она бы удивилась гораздо сильнее, узнав, что ты – содержанка, – проворчал Кристи. – Работать – это вовсе не зазорно.
– Ха! Все знают, что ты меня трахаешь. Люди думают, что ты слишком скуп, чтобы содержать меня.
– Никто не считает меня жмотом.
– Я – живое свидетельство твоей скупости. Я уже пять месяцев твоя девушка. Моя одежда – предмет насмешек, но люди смеются не надо мной. Они смеются над тобой!
Заметив краску на лице Кристи, Этель подумала, что она, вероятно, перегнула палку. Она смягчила тон:
– Слушай, мне безразлично, даешь ты мне что-нибудь или нет. Херби Шайн вечно подпускает шпильки, намекает, что ты скуп, иначе, по его мнению, я бы не работала в принадлежащей ему конторе. Это захудалая фирма, Крис. По-моему, тебе не следует пользоваться ее услугами. Ты должен заключить контракт с «Калли и Хейс».
– И платить тысячу в неделю?
– Тебе это по карману.
– Не собираюсь выбрасывать деньги на ветер. Они завалят меня приглашениями на всякие модные приемы, но в газетах не появится ни строчки обо мне. Херби хотя бы делает мне рекламу в прессе.
– Но Херби не способен обеспечить публикацию в журналах статей о тебе.
– Этим занимается рекламный отдел Ай-би-си. Я поручил Херби следить за тем, чтобы мое имя регулярно появлялось в газетах.
– Ты платишь ему три сотни в неделю!
– Фактически только полторы. Половина уходит на твою зарплату.
– Я обслуживаю там еще нескольких клиентов. И ты платишь за это!
– Сукин сын, – тихо сказал Кристи.
– Крис, найми меня и пошли к черту Херби!
На его лице появилась недобрая улыбка.
– Ты хочешь сказать, что я должен платить тебе триста баксов в неделю? Это глупо. Сейчас на меня работаете вы оба – и ты, и Херби.
