Послышался шорох снимаемой перчатки и резкий свист лезвия, рассекшего воздух, – лорд Голден сделал неглубокий разрез на своем запястье. Несколько капель упало в чашу, смешиваясь с вином. Небрежный взмах руки, кроваво-красная вспышка камня силы – и рана затянулась, словно ее и не было.
– Я, Эдельберт Голден, связываю свою жизнь и магию с тобой, Эверли Митчелл. С этого дня и до конца жизни мы едины. Ты – моя, а я – твой. Да будет так.
– Да будет так, – эхом откликнулся император. – Теперь очередь невесты.
Лезвие ножа было настолько острым, что касания я не почувствовала. Лишь ощутила, как запястью вдруг стало горячо, а сердце забилось тревожно и быстро, выталкивая кровь из слишком глубокой раны. Склонившись надо мной, герцог с равнодушием убийцы подставил чашу, собирая густую алую влагу.
Меня передернуло.
– Клятва, – повторил Солнцеликий.
Сердце сжалось, переполненное невысказанными словами и чувствами. Коул… Лорд Коул Хенсли был тем единственным, с кем я хотела разделить брачную чашу, кому готова была отдать и жизнь, и магию, навсегда связав наши души незримой нитью. Но герцог Голден и император вознамерились отнять у меня даже это.
Нет.
– Говори! – Кулак императора с силой обрушился на мой живот. Я всхлипнула, выгибаясь в железных путах. Глаза обожгли злые слезы бессилия, но я так и не разомкнула губ. – Мы начинаем терять терпение!
Кривясь от боли, я помотала головой. Они могут забрать мою кровь и жизнь, но добровольного согласия не получат. Нет!
– Мы заставим ее, Голден. Выжжем ее никчемные мозги магией разума, чтобы навсегда отучить перечить.
– Не торопитесь, ваше величество. Согласие на брак должно быть добровольным, иначе связь будет недостаточно крепкой. К тому же леди Митчелл обладает зачатками способностей мастера над разумом. Мягко повлиять на нее не удастся, а все остальное противоречит условиям ритуала.
– Плевать! Никто не смеет идти против воли императора!
– Разумеется, ваше величество, но не нужно крайностей. – Герцог бесстрашно встретил налитый кровью взбешенный взгляд Солнцеликого. – Есть более простые и действенные способы добиться добровольного сотрудничества. – Острие ножа в руке лорда Голдена указало в сторону замершей графини. Сердце оборвалось. Нет-нет-нет! – Повтори текст клятвы, иначе твоя подруга умрет весьма неприятной и крайне болезненной смертью.
– Не соглашайся, Эв, не соглашайся! – выпалила Лорри. – Пока ритуал не завершен, они ничего не смогут тебе сделать! Слышишь?
Герцог холодно улыбнулся, ничуть не обеспокоенный словами графини, и несколько раз подбросил нож в воздух. Весь его вид словно предлагал мне попробовать промолчать и посмотреть, что будет. Не оставалось сомнений: лорд Голден найдет способ установить желанную кровную связь.
А Лорри умрет, бессмысленно и глупо, став жертвой моего упрямства.
Этого я не могла допустить. Так или иначе, я разделю судьбу Мэрион. Но Лорри… Лорри должна жить.
– Не вздумай, Эв! – В голосе графини послышалось отчаяние. – Пожалуйста, пожалуйста, не надо!
Я глубоко вздохнула, сглотнув тяжелый ком.
– Я, Эверли Митчелл…
– Ни в коем случае, Эв!
Кокон тишины окружил нас непроницаемой стеной. Я видела, как двигались губы Лоррейн, видела слезы в ее глазах, но не могла разобрать ни звука.
– Я, Эверли Митчелл, связываю свою жизнь и магию с вами, лорд Эдельберт Голден. С этого дня и до конца жизни мы едины. Вы – мой, а я – ваша. Да будет так.
– Да будет так.
Герцог отпил первым, я следом. Вино, горькое и крепкое, прокатилось по пересохшему горлу горячей волной. Император довольно оскалился, наблюдая, как я пытаюсь откашляться, смаргивая выступившие слезы. Шагнув к нам, он крест-накрест переплел наши запястья красной нитью.
– Властью, данной мне семью стихиями Айоны, объявляю вас мужем и женой. Что соединила магия, разорвет только смерть. Да будет так.
Книга в руках Солнцеликого с грохотом захлопнулась, ставя точку на моих надеждах, мечтах о счастье и на самой жизни.
Кап.
В наступившей тишине было слышно, как кровь, стекая по руке, собиралась лужицей на краю каменного стола и тихо капала вниз.
Кап.
Словно секундомер, отмерявший последние мгновения.
Кап.
Кап.
– Ну что, Голден? – В голосе императора зазвенело раздражение. – Объявляю вас мужем и женой. Целуй свою новоиспеченную герцогиню. Или ты решил пропустить самую интересную часть?
– Нет, ваше величество, ни в коем случае.
Тьма, суровая и бесстрастная, склонилась ко мне. Я замерла, зажмурившись, и плотно сжала губы. Но вместо поцелуя почувствовала, как скользнула по шее брачная лента, все еще державшаяся на запястье лорда Голдена.
Кровь отхлынула от лица.
«Боги, он же не хотел трогать меня. Не хотел…»
– Да-да! – Император довольно расхохотался. – Самое время воспользоваться этой девкой. Ты только посмотри на ее лицо. Она же буквально просит, чтобы ты был с ней как можно грубее…
Пальцы герцога очертили край лифа, едва ощутимо касаясь обнаженной кожи. Я сжалась в ожидании худшего.
Но случилось совсем иное.
