– Все выходы перекрыты, – отчиталась усатая «леди». – Охрана ищет вас. Уходите через южный сектор, там пока тихо.
– Карта?
– Вот. – Из-под юбок появился сложенный в несколько раз лист. Лорд Хенсли взял его и засунул в карман камзола. – Сравним с архивом, но, думаю, все точно. Сейчас направо!
Мы резко повернули, сойдя с дорожки под защиту кустов. Мимо пронеслись стражники, но, кажется, ничего не заметили. Дальше пришлось идти по траве, слишком высокой для изящных атласных туфель, которые принесли вместе с черным открытым платьем для Дома удовольствий. Я подхватила тяжелые юбки, и вдруг…
– Стойте!
Барон Сильвен и лорд Хенсли недовольно нахмурились, но подчинились. Я замерла, вслушиваясь в движение воздуха и чувствуя под пальцами легкую вибрацию камня силы Лорри.
– Она здесь! Я уверена, она где-то здесь. Прямо под нами.
– Прекрасно! – Подлетев ко мне, граф заключил меня в объятия и жарко поцеловал. Сильные руки скользнули по талии вниз, огладив бедра. – Этого достаточно. А теперь пора вывести тебя отсюда. Сильвен…
Ответ барона заглушил топот ног.
– Сюда, сюда!
Не сговариваясь, мы побежали. До иллюзорной живой изгороди оставалось всего лишь несколько сотен метров. Мы уже видели ее, чувствовали магию.
– Бесполезно! – Лорд Сильвен на бегу умудрился сбросить юбку, лиф и накладные «округлости», оставшись в парике и одежде гвардейца. – Если замкнут кольцо, вы не выйдете. Я уведу погоню.
Лорд Хенсли мрачно кивнул:
– Удачи. Я вернусь за тобой, дружище.
– Буду ждать. – Усач улыбнулся и, развернувшись, бросился наперерез преследователям.
Перестук каблуков стражи немного стих – кажется, барону в черном парике удалось увести за собой погоню, прикинувшись лордом Хенсли.
Граф проводил друга взглядом и вдруг, наклонившись, подхватил меня на руки.
– Осталось совсем немного, Эверли.
Он стремительно сорвался с места. Выскочил на дорогу, пробежав со мной на руках мимо ошеломленных стражей, и бросился прямо на иллюзорную изгородь.
Тридцать метров, двадцать.
Я прижалась к груди лорда Хенсли в ожидании перехода. Позади раздавались крики.
Десять метров.
Семь.
Пять.
Еще секунда – и…
Удар был неожиданным и оттого особенно жестким. Бок обожгло болью, а в следующий миг я крепко приложилась спиной о землю, распластавшись у подножия живой изгороди.
Настоящей живой изгороди.
Вот только лорда Хенсли со мной уже не было.
– Коул! – Я лихорадочно ощупала зеленую стену в поисках прохода. Безрезультатно. За спиной уже слышались шаги стражей. – Коул!
– Эви! – донесся приглушенный крик.
– Коул!
На плечо, ушибленное от удара об изгородь, опустилась рука в черной перчатке. Пальцы сжались, точно клещи, заставив меня зашипеть от боли. Другая рука сорвала маску-приглашение с моего лица, а следом и помолвочный перстень с пальца.
Не нужно было даже поворачивать голову, чтобы понять, кто стоял передо мной. Лорд Эдельберт Голден собственной персоной.
Секунда – и фамильное кольцо рода Хенсли оказалось по другую сторону изгороди, перекинутое ловким броском.
– Эви, Эви! – надрывался от отчаяния любимый.
Внезапно звуки пропали – герцог оградил нас непроницаемым пологом тишины.
– Эви… – Тьма улыбнулась, поигрывая моей маской. – Мисс Эверли Вестерс, урожденная огненная Митчелл, сестра моей возлюбленной Мэрион. Компаньонка графини Лоррейн Хенсли и невеста графа Коула Хенсли. Маленькая воровка в кружевной маске. Внебрачная дочь Солнцеликого Леонарда, сластолюбивого предшественника нашего сиятельного величества, породившего целых семь принцесс в дополнение к единственному законнорожденному наследнику. Семь сильных, полезных и удивительно вкусных принцесс.
– Что вам от меня надо?
Под носом стало горячо и щекотно. Я дернулась было, чтобы вытереть кровь, но не успела – лорд Голден склонился к моему лицу. Губы, холодные и жесткие, коснулись кожи, втягивая в себя алую каплю. Заметив ужас в моих глазах, герцог довольно облизнулся.
– Прости, дорогая, пришлось немного попортить твое личико. – Пальцы герцога легли на виски. – Но ничего, тебе недолго придется об этом переживать.
Тьма.
Вшу-ух.
Что-то легким перышком скользнуло по коже, опасно подбираясь к пятке – почему-то голой.
Вшу-ух.
Я вяло пошевелила ногой, отгоняя назойливую воздушную паутинку, но та не отставала, двигаясь все быстрее и быстрее.
Вшу-уххх.
Вшу-уххх. Вшу-уххх.
Щекотно! Да щекотно же!
Вшу-уххх! Вшу-уххх! Вшу-уххх!
Напряжение нарастало. Я дернулась, желая спрятаться от раздражающих прикосновений, но тело не слушалось, скованное по рукам и ногам чем-то… чем-то…
Вшух-вшух-вшух-вшух-вшух!
Перо не останавливалось, волчком крутясь вокруг пятки, беспомощно прижатой к холодной поверхности. Горло сдавила паника. Я забилась, точно пойманная в силки рыба, в безумной попытке сбросить оковы и прекратить мучительную пытку. Ногти царапали холодный камень. Тело выгнулось дугой, с губ сорвался стон.
И я пришла в себя.
– С пробуждением, спящая принцесса! – раздался ехидный голосок, и сердце забилось от радостного узнавания и облегчения. Жива! – Так и знала, что щекотка тебя и от мертвого сна разбудит.
– Лорри! – Я сморгнула выступившие слезы. – Лорри!
