| одной, потом по другой руке Иешуа, вытянутым и привязанным веревками к поперечной перекладине столба. Тело с выпятившимися ребрами вздрогнуло. Палач провел концом копья по животу. Тогда Иешуа поднял голову, и мухи с гуденьем снялись, и открылось лицо повешенного, распухшее от укусов, с заплывшими глазами, неузнаваемое лицо. | with it tapped first one, then the other of Yeshua's arms, stretched out and bound with ropes to the crossbar of the post. The body, with its protruding ribs, gave a start. The executioner passed the tip of the spear over the belly. Then Yeshua raised his head, and the flies moved off with a buzz, revealing the face of the hanged man, swollen with bites, the eyes puffy, an unrecognizable face. |
| Разлепив веки, Га-Ноцри глянул вниз. Глаза его, обычно ясные, теперь были мутноваты. | Ungluing his eyelids, Ha-Nozri looked down. His eyes, usually clear, were slighdy clouded. |
| - Га-Ноцри! - сказал палач. | 'Ha-Nozri!' said the executioner. |
| Га-Ноцри шевельнул вспухшими губами и отозвался хриплым разбойничьим голосом: | Ha-Nozri moved his swollen Ups and answered in a hoarse robber's voice: |
| - Что тебе надо? Зачем подошел ко мне? | 'What do you want? Why have you come to me?' |
| - Пей! - сказал палач, и пропитанная водою губка на конце копья поднялась к губам Иешуа. Радость сверкнула у того в глазах, он прильнул к губке и с жадностью начал впитывать влагу. С соседнего столба донесся голос Дисмаса: | 'Drink!' said the executioner, and a water-soaked sponge on the tip of a spear rose to Yeshua's lips. Joy flashed in his eyes, he clung to the sponge and began greedily imbibing the moisture. From the neighbouring post came the voice of Dysmas: |
| - Несправедливость! Я такой же разбойник, как и он. | 'Injustice! I'm a robber just like him!' |
| Дисмас напрягся, но шевельнуться не смог, руки его в трех местах на перекладине держали веревочные кольца. Он втянул живот, ногтями вцепился в концы перекладин, голову держал повернутой к столбу Иешуа, злоба пылала в глазах Дисмаса. | Dysmas strained but was unable to move, his arms being bound to the crossbar in three places with loops of rope. He drew in his belly, clawed the ends of the crossbar with his nails, kept his head turned towards Yeshua's post, malice blazed in the eyes of Dysmas. |
| Пыльная туча накрыла площадку, сильно потемнело. Когда пыль унеслась, кентурион крикнул: | A dusty cloud covered the place, it became much darker. When the dust blew away, the centurion shouted: |
| - Молчать на втором столбе! | 'Silence on the second post!' |
| Дисмас умолк, Иешуа оторвался от губки и, стараясь, чтобы голос его звучал ласково и убедительно, и не добившись этого, хрипло попросил палача: | Dysmas fell silent. Yeshua tore himself away from the sponge, and trying to make his voice sound gentle and persuasive, but not succeeding, he begged the executioner hoarsely: |
| - Дай попить ему. | 'Give him a drink.' |
| Становилось все темнее. Туча залила уже полнеба, стремясь к Ершалаиму, белые кипящие облака неслись впереди | It was growing ever darker. The storm cloud had already poured across half the sky, aiming towards Yershalaim, boiling white clouds raced ahead of the storm cloud suffused with black moisture and |
