| потоки. Солдаты скользили и падали на размокшей глине, спеша на ровную дорогу, по которой - уже чуть видная в пелене воды - уходила в Ершалаим до нитки мокрая конница. Через несколько минут в дымном зареве грозы, воды и огня на холме остался только один человек. | downhill. Soldiers slipped and fell in the sodden clay, hurrying to get to the level road, along which - now barely visible through the sheet of water - the thoroughly drenched cavalry was heading for Yershalaim. A few minutes later only one man remained in the smoky brew of storm, water and fire on the hill. |
| Потрясая недаром украденным ножом, срываясь со скользких уступов, цепляясь за что попало, иногда ползя на коленях, он стремился к столбам. Он то пропадал в полной мгле, то вдруг освещался трепещущим светом. | Shaking the not uselessly stolen knife, falling from slippery ledges, clutching at whatever was there, sometimes crawling on his knees, he strained towards the posts. He now vanished in total darkness, now was suddenly illumined by a tremulous light. |
| Добравшись до столбов, уже по щиколотку в воде, он содрал с себя отяжелевший, пропитанный водою таллиф, остался в одной рубахе и припал к ногам Иешуа. Он перерезал веревки на голенях, поднялся на нижнюю перекладину, обнял Иешуа и освободил руки от верхних связей. Голое влажное тело Иешуа обрушилось на Левия и повалило его наземь. Левий тут же хотел взвалить его на плечи, но какая-то мысль остановила его. Он оставил на земле в воде тело с запрокинутой головой и разметанными руками и побежал на разъезжающихся в глиняной жиже ногах к другим столбам. Он перерезал веревки и на них, и два тела обрушились на землю. | Having made his way to the posts, already up to his ankles in water, he tore off his heavy water-soaked taUith, remaining just in his shirt, and clung to Yeshua's feet. He cut the ropes on his shins, stepped up on the lower crossbar, embraced Yeshua and freed his arms from the upper bonds. The naked, wet body of Yeshua collapsed on Levi and brought him to the ground. Levi wanted to heave it on to his shoulders straight away, but some thought stopped him. He left the body with its thrown-back head and outspread arms on the ground in the water, and ran, his feet slithering apart in the clayey mire, to the other posts. He cut the ropes on them as well, and the two bodies collapsed on the ground. |
| Прошло несколько минут, и на вершине холма остались только эти два тела и три пустых столба. Вода била и поворачивала эти тела. | Several minutes passed, and all that remained on the top of the hill was these two bodies and the three empty posts. Water beat on the bodies and rolled them over. |
| Ни Левия, ни тела Иешуа на верху холма в это время уже не было. | By that time both Levi and the body of Yeshua were gone from the hilltop. |
| Глава 17. Беспокойный день | CHAPTER 17. An Unquiet Day |
| Утром в пятницу, то есть на другой день после проклятого сеанса, весь наличный состав служащих Варьете - бухгалтер Василий Степанович Ласточкин, два счетовода, три машинистки, обе кассирши, курьеры, капельдинеры и уборщицы, -словом, все, кто был в наличности, не | On Friday morning, that is, the day after the accursed seance, all the available staff of the Variety - the bookkeeper Vassily Stepanovich Lastochkin, two accountants, three typists, both box-office girls, the messengers, ushers, cleaning women - in short, all those available, were not at their places doing their jobs, but |
