| бесследно пропавшей ювелирши) лился необыкновенный, похожий на церковный, свет. В старинном громадном камине, несмотря на жаркий весенний день, пылали дрова. А жарко между тем нисколько не было в комнате, и даже наоборот, входящего охватывала какая-то погребная сырость. Перед камином на тигровой шкуре сидел, благодушно жмурясь на огонь, черный котище. Был стол, при взгляде на который богобоязненный буфетчик вздрогнул: стол был покрыт церковной парчой. На парчовой скатерти стояло множество бутылок - пузатых, заплесневевших и пыльных. | the jeweller's utterly vanished wife) poured an unusual, church-like light. Logs were blazing in the huge antique fireplace, despite the hot spring day. And yet it was not the least bit hot in the room, and even quite the contrary, on entering one was enveloped in some sort of dankness as in a cellar. On a dger skin in front of the fireplace sat a huge black tom-cat, squinting good-naturedly at the fire. There was a table at the sight of which the God-fearing barman gave a start: the table was covered with church brocade. On the brocade tablecloth stood a host of bottles - round-bellied, mouldy and dusty. |
| Между бутылками поблескивало блюдо, и сразу было видно, что это блюдо из чистого золота. У камина маленький, рыжий, с ножом за поясом, на длинной стальной шпаге жарил куски мяса, и сок капал в огонь, и в дымоход уходил дым. Пахло не только жареным, но еще какими-то крепчайшими духами и ладаном, от чего у буфетчика, уже знавшего из газет о гибели Берлиоза и о месте его проживания, мелькнула мысль о том, что уж не служили ли, чего доброго, по Берлиозу церковную панихиду, каковую мысль, впрочем, он тут же отогнал от себя, как заведомо нелепую. | Among the bottles gleamed a dish, and it was obvious at once that it was of pure gold. At the fireplace a small red-haired fellow with a knife in his belt was roasting pieces of meat on a long steel sword, and the juice dripped into the fire, and the smoke went up the flue. There was a smell not only of roasting meat, but also of some very strong perfume and incense, and it flashed in the barman's mind, for he already knew of Berlioz's death and his place of residence from the newspapers, that this might, for all he knew, be a church panikhida[4] that was being served for Berlioz, which thought, however, he drove away at once as a priori absurd. |
| Ошеломленный буфетчик неожиданно услышал тяжелый бас: | The astounded barman unexpectedly heard a heavy bass: |
| - Ну-с, чем я вам могу быть полезен? | 'Well, sir, what can I do for you?' |
| Тут буфетчик и обнаружил в тени того, кто был ему нужен. | And here the barman discovered in the shadows the one he wanted. |
| Черный маг раскинулся на каком-то необъятном диване, низком, с разбросанными по нему подушками. Как показалось буфетчику, на артисте было только черное белье и черные же остроносые туфли. | The black magician was sprawled on some boundless sofa, low, with pillows scattered over it. As it seemed to the barman, the artiste was wearing only black underwear and black pointed shoes. |
| - Я, - горько заговорил буфетчик, -являюсь заведующим буфетом театра Варьете... | 'I,' the barman began bitterly, 'am the manager of the buffet at the Variety Theatre . . .' |
| Артист вытянул вперед руку, на пальцах которой сверкали камни, как бы заграждая | The artiste stretched out his hand, stones flashing on its fingers, as if stopping the |
