| уста буфетчику, и заговорил с большим жаром: | barman's mouth, and spoke with great ardour: |
| - Нет, нет, нет! Ни слова больше! Ни в каком случае и никогда! В рот ничего не возьму в вашем буфете! Я, почтеннейший, проходил вчера мимо вашей стойки и до сих пор не могу забыть ни осетрины, ни брынзы. Драгоценный мой! Брынза не бывает зеленого цвета, это вас кто-то обманул. Ей полагается быть белой. Да, а чай? Ведь это же помои! Я своими глазами видел, как какая-то неопрятная девушка подливала из ведра в ваш громадный самовар сырую воду, а чай между тем продолжали разливать. Нет, милейший, так невозможно! | 'No, no, no! Not a word more! Never and by no means! Nothing from your buffet will ever pass my lips! I, my esteemed sir, walked past your stand yesterday, and even now I am unable to forget either the sturgeon or the feta cheese! My precious man! Feta cheese is never green in colour, someone has tricked you. It ought to be white. Yes, and the tea? It's simply swill! I saw with my own eyes some slovenly girl add tap water from a bucket to your huge samovar, while the tea went on being served. No, my dear, it's impossible!' |
| - Я извиняюсь, - заговорил ошеломленный этим внезапным нападением Андрей Фокич, - я не по этому делу, и осетрина здесь ни при чем. | 'I beg your pardon,' said Andrei Fokich, astounded by this sudden attack, 'but I've come about something else, and sturgeon has nothing to do with it. ..' |
| - То есть как это ни при чем, если она испорчена! | 'How do you mean, nothing to do with it, when it's spoiled!' |
| - Осетрину прислали второй свежести, -сообщил буфетчик. | "They supplied sturgeon of the second freshness,' the barman said. |
| - Голубчик, это вздор! | 'My dear heart, that is nonsense!' |
| - Чего вздор? | 'What is nonsense?' |
| - Вторая свежесть - вот что вздор! Свежесть бывает только одна - первая, она же и последняя. А если осетрина второй свежести, то это означает, что она тухлая! | 'Second freshness - that's what is nonsense! There is only one freshness - the first - and it is also the last. And if sturgeon is of the second freshness, that means it is simply rotten.' |
| - Я извиняюсь, - начал было опять буфетчик, не зная, как отделаться от придирающегося к нему артиста. | 'I beg your pardon ...' the barman again tried to begin, not knowing how to shake off the cavilling artiste. |
| - Извинить не могу, - твердо сказал тот. | 'I cannot pardon you,' the other said firmly. |
| - Я не по этому делу пришел, - совсем расстраиваясь, проговорил буфетчик. | 'I have come about something else,' the barman said, getting quite upset. |
| - Не по этому? - удивился иностранный маг. - А какое же еще дело могло привести вас ко мне? Если память не изменяет мне, из лиц, близких вам по профессии, я знался только с одной маркитанткой, но и то давно, когда вас еще не было на свете. Впрочем, я рад. Азазелло! Табурет господину заведующему буфетом! | 'About something else?' the foreign magician was surprised. 'And what else could have brought you to me? Unless memory deceives me, among people of a profession similar to yours, I have had dealings with only one sutler-woman, but that was long ago, when you were not yet in this world. However, I'm glad. Azazello! A tabouret for mister buffet-manager!' |
