Кхал Дрого Младший был взят в плен тяжело раненным. Мезенцев приказал публично казнить его в Воллантисе как пример для всех, кто осмелится угрожать торговым интересам цивилизованного мира.
— Пусть все видят, — объявил он перед казнью, — что время, когда варвары могли безнаказанно грабить торговцев, прошло навсегда.
Зачистка кочевников заняла год и потребовала значительных ресурсов, но результаты оправдали затраты. Торговые пути Эссоса стали безопасными, как никогда прежде. Караваны могли передвигаться без охраны, корабли — без опасений нападения.
— Безопасность торговли, — подводил итоги Петир, — основа процветания. Теперь наши торговые дома могут работать в полную силу, не опасаясь потерь от варварских набегов.
Сидя в своих покоях поздним вечером, Мезенцев размышлял о проделанной работе. Армия Дейенерис была разгромлена, её командиры мертвы, лучшие воины переманены на свою сторону. Дотракийские орды уничтожены, торговые пути очищены от разбойников.
Эссос лежал у его ног, как спелый плод, готовый к сбору. Оставалось лишь завершить дела в Вестеросе, и можно будет приступать к созданию настоящей империи — от Заката до Восхода, от Стены до Летних островов.
Мир готовился к новой эпохе.
Прогресс — жестокий селекционер, безжалостно отбраковывающий устаревшие формы жизни. Мезенцев понимал эту истину лучше, чем любой натуралист, изучавший эволюцию видов. Феодальная система с её наследственными привилегиями и раздробленностью власти стала анахронизмом в мире промышленного производства и централизованного управления.
Сидя в своём новом рабочем кабинете — расширенном помещении, больше напоминавшем операционный центр современной корпорации, — Петир изучал детальные планы окончательной модернизации Семи Королевств. На стенах висели огромные карты с нанесёнными железными дорогами, каналами, промышленными центрами и транспортными узлами. Цветные линии образовывали сложную сеть, опутывающую весь континент.
— Инфраструктура, — бормотал он, проводя пальцем по планируемому маршруту канала между Трезубцем и Медовыми Водами, — это кровеносная система государства. А кровеносная система не терпит тромбов.
Тромбами в данном случае были мелкие лорды — те самые наследственные правители, которые веками сидели в своих замках, взимая пошлины с проезжающих караванов и препятствуя свободному движению товаров. Их время истекло.
Первой жертвой новой волны «оптимизации» стал лорд Уолдер Фрей, владелец Близнецов — стратегически важного моста через Трезубец. Старый лорд контролировал единственную переправу на сотни миль вокруг и взимал непомерные пошлины со всех, кто пытался пересечь реку.
— Девяносто один год, — читал Мезенцев досье на Фрея, — двадцать семь законных детей, бесчисленные внуки и правнуки. Классический пример того, как наследственная власть порождает хаос и неэффективность.
Операция против Фреев была проведена под видом расследования налоговых нарушений. Агенты Мизинца «обнаружили» серьёзные нарушения в отчётности дома — занижение доходов от мостовых пошлин, неуплаченные налоги за последние десять лет, подозрительные финансовые операции.
— Сир Стивон, — обратился Петир к командиру специального отряда, — лорд Фрей представляет угрозу для королевской казны. Проведите полную ревизию его владений и арестуйте всех причастных к налоговым махинациям.
«Ревизия» превратилась в настоящую зачистку. Уолдер Фрей скончался от «сердечного приступа» прямо во время допроса. Его старшие сыновья были арестованы по различным обвинениям — от коррупции до государственной измены. Младшие наследники, напуганные судьбой старших, поспешили продать свои права на наследство за символическую сумму.
— Близнецы переходят под прямое управление короны, — объявил Мезенцев на заседании малого совета. — Мостовые пошлины отменяются. Переправа становится бесплатной для всех подданных королевства.
Это решение вызвало восторг у торговцев и путешественников, но встревожило других лордов. Если корона может так легко избавиться от древнего и влиятельного дома, то кто защитит остальных?
Мезенцев не заставил их долго гадать. Следующими на очереди стояли лорды, контролировавшие ключевые участки планируемых транспортных артерий.
Лорд Джейсон Маллистер из Сигарда имел несчастье владеть землями, через которые должен был пройти новый канал, соединяющий Трезубец с Заливом. Он категорически отказался продать нужные участки, ссылаясь на родовые традиции и нежелание «уродовать исконные земли предков».
— Упрямство, — философски заметил Петир, изучая отказ лорда. — Похвальное качество в личной жизни, фатальное в политике.
Маллистер был обвинён в связях с контрабандистами из Железных островов. «Доказательства» были неопровержимыми — поддельная переписка, показания подкупленных свидетелей, даже «найденные» в его замке контрабандные товары. Лорд был казнён, а его земли конфискованы «в интересах национальной безопасности».
