– Отвечу примером из жизни архиепископа Новгородского Иоанна… Когда-то небезызвестный Вассиан Патрикеев на подобные чудеса ополчился… Так и сказал со злой иронией, мол, про то чудо, истинное оно или нет – знает только Господь Бог, да ты, Даниил, со своими чудотворцами… Это когда опальный Вассиан иронизировал по поводу почитающего архиепископа Иоанна Новгородского, митрополита Ионы, рязанца по происхождению… Ну, да Бог с ним, с Вассианом Косым-Патрикеевым, все они Гедиминовичи шабутные, князья Бельские не исключение… Небось, знаешь, государь Иван, что есть такой большой праздник иконы Божьей Матери «Знамение»?
– Конечно, знаю, владыка…
– А знаешь, как эта чудотворная икона прославилась на Руси и почему связана с именем Иоанна Новгородского?..
– Нет, владыка… Расскажи…
– Ну, так слушай… Икона прославилась во время осады Новгорода войском великого князя Андрея Боголюбского, что земли Суздаля и Владимира больше всего ценил и ставил выше всех иных на Руси…
– Как Василий и Иван Шуйские?..
– Правильно рассуждаешь, государь… – похвалил Ивана Даниил, порадовавшись, что умный отрок вполне может соотнести исторический чудотворный факт с современным актуальным для Третьего Рима боярским противостоянием Шуйских и Бельских, в ходе которого решаются легко судьбы нынешних митрополитов и государей. А может, и жизни – ни за понюх табака.
Замешкавшегося митрополита Иван поторопил:
– Ну, и…
Тот живо встрепенулся, протер кулаком пелену, неожиданно навернувшуюся на глазах, и продолжил:
– Так вот, осадил князь Андрей Боголюбский Новгород с огромным войском… Силы осадивших и оборонявшихся были явно неравны…
– Ты имеешь в виду, что после ссылки Ивана Бельского на Белоозеро партия Шуйских взяла верх над партией Бельских… Те скоро сдадутся и запросят перемирия, отдав все ради… Или сойдут на нет?…
Даниил лукаво улыбнулся и, покачав головой, продолжил рассказ, оставив без комментария наивное замечание Ивана:
– Вернемся к тем печальным временам осады Новгорода… Видя, что силы неравны, народ новгородский во главе со своим архиепископом Иоанном молился усердно, просто неистово… Все осажденные боялись голода и страшных болезней… Видя, что народ слабеет духом, архиепископ Иоанн взял икону Богоматери из Спасо-Преображенской церкви и вынес ее на городскую крепостную стену… Все замерли… Воины суздальские и владимирские удивились, но не сняли осаду… Наоборот, решительно пошли на штурм крепости… – Даниил сделал глубокомысленную паузу. – Понимаешь, государь, кто на кого?..
– Понимаю… – выдохнул Иван. – И что же произошло?..
– А то произошло, что во время штурма стен одна из стрел, пущенная воинами Суздаля и Владимира, попала в чудотворный образ… И тогда из дерева закапала кровь, а из чудных глаз Пресвятой Богоматери закапали кровавые слезы… Враги суздальские и владимирские бежали в ужасе от стен Новгорода…
– Вот это да… – ахнул непосредственный Иван и подумал, что неспроста этот рассказ владыки и оказался прав в сравнении Василия Немого с Андреем Боголюбским. Эх, неспроста.
– Войско Боголюбского рассеялось… Через три года князя-властителя, перенесшего столицу Руси из Киева во Владимир, убили свои же бояре… Вот так, государь, такой вышел оборот после знамения новгородского…
– Запомню твой рассказ владыка… – Глухо промолвил Иван. – Как добро победило зло и наказало его…
– Бог ты мой… Вспомни наш разговор с твоей матушкой… – с усмешкой сказал Даниил. – Кто знает, что есть добро и что есть зло… Зло-то есть несомненная принадлежность мира… И оно так или иначе коренится в причине, произведшей мир, то есть порождено Господом… Бог, как он не благ, все равно не слишком препятствует появлению зла… Кто-то скажет, что Он не всемогущ… А я скажу так: со злом можно смириться, и даже использовать его на благо государю, государству… Помнишь, государь, я ведь говорил… Не пойми, что оправдываюсь перед тобой или твоими батюшкой с матушкой… Может, и вижусь с тобой в последний раз… Скоро, глядишь, и ты не захочешь видеть меня, попавшего в опалу твоим или прочим именем… Так вот, запомни… Господь Бог допускает зло как средство наказания живых, свободных существ, злоупотребивших своею свободою… И цепочка грешащих во зле и наказывающих за зло длинна и никогда не оборвется…
– Цел и невредим твоими молитвами, владыка… И за тебя рад, что свежо и бодро выглядишь…
Такими словами встретил Даниила в его тайных покоях Чудова монастыря Семен Бельский, впервые увидевший Даниила без толстого слоя серы на щеках. Показалось беглецу, что лицом и духом светел Даниил, и совсем не боится своей скорой опалы от всесильных Шуйских.
– Что тебе надобно, чадо Божие? – спросил со строгим лицом Даниил, благословив беглого боярина.
– Что надобно?.. – Бельский усмехнулся в бороду. – Много чего, владыка, надобно в этой жизни… – Выдержав легкую паузу и смотря немигающими глазами прямо в глаза митрополита, добавил. – Помощь твоя нужна, владыка в устранении правителя Василия Немого… Готов в мольбе на коленях просить о помощи… Помоги, владыка, устранить злодея…
