Я не мог избавиться от ощущения, что это уже происходило – что я стоял неподвижно и смотрел, как она уходит. Я представил, как она поднимается по белой лестнице и останавливается у двойных серебряных дверей. Представил, как отчаянно молюсь, чтобы она их не открывала.
«Это ошибка, – подумалось мне. – Ты еще можешь что-то сделать. Еще можешь пойти с ними».
– Макс! – Брайан кивнул на тропинку, ведущую в противоположном направлении. – Нам пора.
Ты все еще можешь передумать…
Я повернулся.
Перед троном Кадуана на коленях стоял незнакомец с опущенной головой. В этой комнате, жемчужине дворца Эла-Дара, огромной и величественной, со стеклянными стенами и медным потолком высотой в несколько этажей, незнакомец выглядел совершенно неуместно. В отличие от большинства гостей, когда-либо опускавшихся здесь на колени, этот человек был закутан не в шелка и меха, а в грязные лохмотья не подходящих друг к другу одеяний, словно он обобрал трупы. Его руки и лодыжки были связаны, хотя, похоже, человека это совсем не беспокоило.
– Я уверен, ваше величество.
Он взглянул на Кадуана, показав морщинистое, покрытое шрамами лицо, лысину и густую седую бороду.
– И от кого ты об этом услышал? – Кадуан наклонился вперед.
– Мне не нужно слышать об этом. Я все видел. – Подняв к лицу связанные руки, лысый постучал кончиками пальцев по уголку глаза. – Я без труда их нашел. Они выделялись. Девушка-фрагмент с пестрой кожей. Двое из семейства Фарлион. И их крылатый друг – вроде него. – Он указал подбородком на Меджку. – Высокий. С волосами, которым многие женщины позавидуют.
Кадуан с Меджкой переглянулись. Очевидно, что лысый описывал Ишку.
– Очень хорошо. – Кадуан поднялся.
Я заметила, что он слегка пошатнулся. После битвы в Малакане он плохо себя чувствовал, и, хотя я знала, что он пытается скрыть это, я видела боль в каждом его движении. В конце концов, я пристально наблюдала за Кадуаном долгими часами, которые мы посвящали тренировкам. В эти дни я, вероятно, проводила с королем больше времени, чем любой из его приближенных, даже Меджка или Луия.
Кадуан, похоже, принял близко к сердцу мои слова, сказанные на поле боя: «Мы будем лучше». Он повторял мне это обещание час за часом, пока мы тренировались. Стиль обучения Кадуана походил на его манеру фехтования, только изящные удары рапиры сменились спокойными, короткими словами.
«Эф, ты должна быть лучше», – в устах Кадуана эти слова походили скорее на поощрение, чем на выговор. Однажды я сказала Кадуану, что еще никто не давал мне возможности стать лучше. Теперь я стремилась к этому с каждым часом все сильнее.
Кадуан настороженно рассматривал человека:
– Я верю, что твоя информация верна.
Я ахнула, сама того не желая.
Пока я слушала этого человека, глаза распахивались все шире. Ночью я просыпалась от странных снов: в них мелькали леса, а позже и руины, стоячая серая вода и разрушенные каменные стены.
Сейчас все видения обрели смысл.
Пришелец рассказывал, что Тисаана и Максантариус всего два дня назад находились чуть южнее дворца. Возможно, сейчас они еще ближе. На самом деле, я была почти уверена, что так и есть. Сны становились все более яркими. Несколько часов назад я видела лес по берегам озера, силуэт разрушающегося дворца и ощущала горькую боль утраты во сне.
Я была готова выпалить все это, но тут Кадуан, пройдя мимо меня, встал перед бродягой.
Нужно отдать ему должное – только храбрец мог взглянуть на короля фейри.
– Похоже, ты чего-то недоговариваешь.
– Многие щедро платят за подобную информацию. В том числе аранская королева.
– И ты считаешь, что сделал народу фейри одолжение, придя ко мне, а не к ней? – Кадуан склонил голову. – А кстати, скажи-ка мне, как ты попал сюда, в Эла-Дар?
– У меня в Загосе есть друзья-полукровки.
– И почему твои друзья-полукровки… – Кадуан сделал упор на слово «друзья-полукровки», – не пришли вместе с тобой?
– Не захотели. – Бродяга пожал плечами.
Ложь. Люди всегда лгут. Они лгут, как дышат. «Друзья-полукровки» этого человека находились на дне какой-нибудь реки в Загосе, с перерезанным горлом и привязанными к ступням камнями. Я была в этом уверена.
Кадуан взглянул на меня, затем снова на бродягу:
– Чего ты от нас ждешь?
– Чего-нибудь в знак признательности. – Тот улыбнулся.
– Ты пришел к нам с информацией. Пробрался в мой дворец. Увидел, как устроен мой город. И теперь ожидаешь, что я вручу тебе кучу золота и отпущу восвояси?
Улыбка бродяги померкла. На его лице медленно проступало осознание. Он фатально просчитался. Решил, что встреча с фейри позволит ему устроить торги за принесенные сведения. Зачем продавать информацию только фейри, если можно продать ее и аранцам, и треллианцам, и фейри?
– Ты лжешь!
Я вскочила на ноги. Слова без разрешения сорвались с губ.
Лицо бродяги посерело от страха.
– Скажи, куда они направились, – велел Кадуан.
– З-за…
– За что? За подарок? Нет. Никаких подарков ты не получишь.
Кадуан сделал знак рукой, и от этого жеста мужчина начал задыхаться, словно король вытягивал воздух из его легких.
– Говори. Куда они пошли?
