Существо снова шевельнулось, и в воздухе появилось нечто вроде картины — прозрачное, мерцающее изображение. На нём мы разглядели три фигуры, движущиеся по той же тропе. Их силуэты были узнаваемы даже в такой размытой форме — Алина, Евсеев и Габер.
— Они уже здесь.
Изображение изменилось, показывая четвёртую фигуру — Дину. Девушка шла позади них и выглядела довольно веселой.
— Они взяли её с собой, — тихо сказал Емеля.
Туманный Пастырь сделал ещё один жест, и изображение исчезло. Затем существо медленно растворилось обратно в туман, оставив нас одних.
— Нужно торопиться, — сказал я, чувствуя, как внутри нарастает тревога. — Они уже близко к цели.
Туманный Пастырь указал нам точку, где триумвират сошел с безопасной тропы и углубился в туман. Мы переглянулись, понимая, что пришло время рискнуть.
— Здесь начинается настоящая опасность, — предупредил дед, останавливаясь на краю тропы. — Держитесь вместе, не отставайте. И ни в коем случае не отвечайте на голоса, которые услышите в тумане.
Один за другим мы шагнули в белесую мглу. Сразу же ощущение безопасности, которое давала древняя тропа, исчезло. Туман обволакивал нас, словно живое существо, забираясь под одежду и лаская кожу холодными прикосновениями. Звуки стали глуше, искаженнее, а пространство, казалось, изгибалось вокруг нас по непонятным законам.
Я шел впереди, используя свою связь со второй частью Аббадона как своеобразный компас. Внутри демон напрягся, чувствуя приближение к своей отделенной половине.
Вскоре мы начали замечать признаки прохождения триумвирата — участки тумана, где воздух был искажён, словно оплавлен чьей-то мощной магией. Местами виднелись странные тёмные пятна, парящие в пустоте, похожие на засохшую кровь, но не человеческую — слишком густую и неестественного цвета.
— Они сражались, — тихо заметила Шумилова, изучая одно из пятен. — Видимо, не все существа Междумирья решили держаться в стороне.
— И, судя по всему, существа проиграли, — мрачно добавил Емеля, указывая на клочки чего-то, напоминающего ткань, но состоящего из того же вещества, что и туман вокруг нас.
Путь становился всё труднее. Чем глубже мы уходили в туман, тем сильнее становилось давление со всех сторон — не физическое, но ощутимое, словно сам воздух сопротивлялся нашему продвижению. Иногда мы слышали голоса — то шепчущие, то зовущие по имени, то кричащие в агонии. Дед строго-настрого запретил даже оборачиваться на звук.
— Это их способ заманить жертву, — пояснил он. — Астральные сущности могут чувствовать ваши страхи, сомнения, тревоги. Они используют это, принимая облик знакомых вам людей или создавая иллюзии.
Мы продолжали идти, держась так близко друг к другу, что порой сталкивались плечами. В тумане легко было потеряться — достаточно было сделать всего пару шагов в сторону, и ты уже не видел своих спутников.
Внезапно я почувствовал странный импульс — не столько физический, сколько ментальный. Словно кто-то дернул за невидимый поводок, привязанный к моей демонической сущности.
— Стойте, — я поднял руку, останавливая всех. — Они начали ритуал.
— Ты уверен? — дед моментально стал серьезнее.
— Да, — я инстинктивно положил руку на грудь, где ощущал странную пульсацию. — Аббадон чувствует это. Вторая часть… пробуждается.
Мы молча переглянулись. Времени на раздумья не оставалось.
— Тогда мы должны спешить, — решительно сказала Шумилова. — Каждая минута на счету.
Мы ускорили шаг, насколько это было возможно в вязком тумане. Я чувствовал, что мы близко — очень близко. Притяжение к темнице становилось почти непреодолимым.
«Они используют связь между вашими частями, — голос Аббадона в моей голове звучал напряженно. — То, что раньше было единым целым, стремится воссоединиться. Но если это произойдет…»
— Я знаю, — прошептал я. — Мы не допустим этого.
Туман впереди вдруг стал редеть, обнажая странное зрелище. Посреди мглы парил огромный обсидиановый камень — черный, с красными прожилками, пульсирующий словно живое сердце. Вокруг него в воздухе кружились символы, начертанные светящимися линиями. А перед камнем, образуя треугольник, стояли три фигуры — Алина, Евсеев и Габер. Их руки были подняты, губы шевелились в унисон, произнося древние слова ритуала.
В центре треугольника, прямо перед камнем, стояла Дина. Ее глаза были закрыты, лицо безмятежно, словно она спала стоя. Но вокруг ее тела клубилась темная аура, постепенно уплотняясь и перетекая к камню-тюрьме.
Внезапно воздух содрогнулся от мощного магического импульса. По поверхности обсидиановой глыбы пробежала трещина, из которой вырвался поток багрового света.
Я ощутил рывок такой силы, что едва удержался на ногах. Демоническая часть во мне отозвалась на зов своей отделенной половины с такой мощью, что на мгновение я потерял контроль над собственным телом.
— Серёжа! — крикнул дед, хватая меня за плечи. — Держись!
В тот же миг триумвират заметил нас. Алина повернула голову, и на ее лице появилась холодная улыбка.
