Меч и ятаган полностью

– Нет! Они спрашивали, где ты. Они хотят и тебя арестовать!

– За что?!

– Какая разница, – вытирая глаза, прошептала Элли.

На Марии все еще был непривычный утренний наряд – плащ и барнуза. Она поспешила в Мдину, пряча лицо и слегка сутулясь, как все женщины.

Елену она нашла на площади. Ее подвесили в ритуни, большой сети, закрепленной на балке. Обычно проституток просто выгоняли из города, в крайних случаях – секли розгами. Ритуни предназначалась для более серьезных нарушителей закона. Преступник мог провисеть в ней без еды и воды несколько дней. Внизу собрались зеваки, показывали на Елену пальцем, смеялись и дразнили ее. Некоторые из ее клиентов узнавали Елену и ускоряли шаг, уводя семью подальше. Поплотней запахнув барнузу, Мария подошла к сети и услышала тихий плач подруги.

– Елена! – прошептала Мария, и Елена тут же встрепенулась и вытерла глаза.

– Зачем ты сюда пришла?! Уходи! Они и тебя заберут! – хрипло прошептала она.

– Ты в порядке?

– Да, но очень хочу пить. У тебя есть вода?

– Сейчас принесу… – начала было Мария, но тут к ней подошел стражник и отогнал в сторону.

В тот вечер Мария пряталась до наступления темноты, а потом пробралась по опустевшим улицам обратно на площадь, высматривая стражников, которые иногда патрулировали улицы даже после закрытия ворот.

– Елена, я принесла воды! – шепнула она, поднимая бурдюк, но сквозь ячейки сети он не пролез, поэтому пришлось просунуть только горлышко.

– Спасибо, – сказала Елена тихим, охрипшим голосом, когда напилась. – Это все по приказу магистрата Буки, – с горечью сказала она. – Я напомнила ему, что и он побывал у меня в клиентах. Разумеется, он заявил, что это ложь, и сказал, что они вскипятят святую воду и ошпарят мне бедра и только потом отпустят.

– Это не Бука, – безутешно покачала головой Мария, – это дело рук Сальваго. Ты была права, Елена, а я ошибалась. Но я и подумать не могла… Зачем я это сделала?! Это я во всем виновата!

– Ты не сделала ничего плохого, Мария! Это все он! Не дай ему победить тебя!

На глаза Марии навернулись слезы. Она забрала у Елены бурдюк и схватила подругу за руку. Он уже победил, подумала она про себя, а вслух сказала:

– Ты знаешь, где Фенсу? И Якобус?

– Нет. Знаю только, что обоих высекли. Наверное, они в яме или в тюрьме.

В яму обычно кидали преступников после наказания.

Послышались чьи-то шаги, и Мария быстро спряталась. На площадь не спеша вышли двое мужчин. Они остановились, посмотрели на ритуни и сидящую в ней шлюху и, тихонько посмеиваясь, пошли дальше.

– Тебе лучше уйти! – сказала Елена. – Здесь ты в опасности!

– Вернусь завтра, – пообещала Мария и пошла к яме.

Заглянув туда, Мария никого не увидела. Значит, они в тюрьме. Туда без денег точно не пробраться, подумала она и прибежала обратно к Елене:

– Где у тебя в пещере спрятаны деньги? Они нужны мне на взятки!

– Они все нашли. Все забрали.

Мария была вне себя от горя и не знала, что ей делать. У Коула и остальных жителей пещеры денег наверняка нет. Больше помощи просить не у кого. Найдя укромное местечко на скалах около Биргу-Крик, она свернулась клубочком и лежала, слушая, как волны бьются о борта лодок. Заснуть ей не удавалось, ее мучило чувство вины и страх за друзей. Сколько жизней будет разрушено из-за того, что я решила отомстить ему?

Над полуостровом Шиберрас занялся рассвет, и Мария поняла, что ей остается лишь одно.

Она пришла туда сразу после рассвета. Она знала, что он будет ждать ее. Дверь в ризницу была приоткрыта. Собрав всю свою смелость, Мария вошла. Сальваго сидел за столом и смотрел на пламя догоревшей почти до конца свечи. Он повернулся к Марии, и она сразу поняла, что он тоже всю ночь не сомкнул глаз.

– Значит, вы такой трус, что будете вредить моим друзьям. А я думала, что вы просто снова изнасилуете меня, а потом убьете.

У Сальваго не дрогнул ни один мускул на лице. Молча он достал что-то из лежащего на столе холщового мешка. У Марии чуть сердце не остановилось, когда она увидела, что это, но виду не подала.

– Ах да, твои друзья. Идиоты, которые побывали в пещере, даже не поняли, что нашли, – медленно произнес он, крутя в руках шкатулку для хранения этрога. – Изящная работа. В ней ведь хранят этрог, если я не ошибаюсь? Удивительно найти такую вещь в пещере, правда? – Сальваго посмотрел на нее. – Кажется, ею пользуются евреи для своих грязных ритуалов. Кладут в нее какой-то фрукт, по-моему. – Он многозначительно замолчал. – А знаешь ли ты, Мария, что станет с евреями в Царстве Божьем?

– Не понимаю, о чем вы, – быстро ответила она. – Мои друзья – обращенные христиане. Я сама молилась вместе с ними. Если воры, ограбившие пещеру, отдали вам все, что нашли, где же распятие? Вот чему они молятся. Так они вам и скажут, и я поклянусь, что они говорят правду.