Стоянка звероловов состояла из объемного шатра на каркасе в форме знака А, крытого обработанными шкурами лося, двух больших раздвижных рам для крупной добычи, штабеля бревен и расколотых колод, места для очага с висящим костровым железом и коптилен, двух пересекающихся обрубков стволов, которые, похоже, использовались как сиденья, разных мешков с провиантом, свисающих с ближайшего кедра, и колоды для разделки добычи, снег на которой был пропитан кровью. Мужчина, рубивший бревна небольшим топором на четвертушки, был высоким и стройным. Кожа у него была цвета красной глины.
-- Порубежник, -- прошептал Адди. -- Бедные родственники суллов.
Они сидели на корточках в небольшой рощице молоденьких кедров где-то в сотне футов от лагеря. Райф внимательно наблюдал за дровосеком, убеждаясь, что ритм его действий не меняется, и он полностью занят работой. Райф задался вопросом о расположении лошадей и вьючных животных, но потом решил, что шатер был достаточно велик, чтобы вместить и скот.
-- В Адском городе за медвежьи шкуры дают кругленькую сумму, - зашептал Адди, - а желчные пузыри пользуются спросом у торговцев с юга.
Райф кивнул, едва его выслушав. Теперь он был полностью уверен, что лесоруб не подозревает об их присутствии. Это было хорошо. Это значило, что он не разделяет убеждений чистокровных суллов.
-- Он, похоже, не один, - тихо сказал Райф.
- Да. Может быть, его друзья обходят ловушки? Пойдем? - Райф почувствовал в плече внезапный укол, но пренебрег им.
- Веди.
Чтобы замаскировать факт, что подкрадывались к стоянке порубежников, они вернулись на тропу и, создавая порядочно шума, потопали через оставшиеся деревья и снег. Адди громко заговорил, рассказывая какую-то историю, как он напился в печном доме и спалил себе почти все волосы. Внезапно посереди рассказа он остановился и поздоровался:
- Друг! Доброго тебе дня!
Лесоруб колоть дрова перестал, но свой топор еще держал. У него были запавшие щеки и морщинистая кожа вокруг рта. Кончики обоих ушей пострадали от обморожения. Как перед ним Илли Хребтолом, он изучал плащ и лук Райфа. Адди поднял руки, по пути тычком локтя показав Райфу, чтоб делал так же. Райф быстро показал мужчине свои пустые ладони.
- Торговля, - громко объявил Адди, потирая большим пальцем остальные. - Честный обмен товарами.
Наконец мужчина прореагировал. Постучав свободной рукой по лезвию топора, он сказал:
- Дерево. Вон там. - Он подождал, пока они найдут его своими взглядами. - Высокий мужчина. Воткни меч. Потом говорить торговля.
У него был сильный акцент, а команды на Всеобщем неполными, но Райф понял его достаточно хорошо. Оставив Адди, Райф подошел к дереву и вынул длинный нож Траггиса Крота. Вогнал острие в кору легким ударом. На уровне глаз. Развернувшись на пятке, он встретился взглядом с порубежником.
- Сделано, - заявил Адди.
Порубежник не позвал их в тепло палатки, а указал им на сиденья из обрубков бревен около костра. Адди был задет таким отсутствием гостеприимства, но Райфу это показалось предпочтительнее. Он таким образом мог присматривать за своим клинком. Когда порубежник снимал с крюка висящий над очагом котелок, Райф услышал рев, донесящийся из шатра. Возможно, осел или мул. После того, как накрытый горшок оказался у ног порубежника, он проворно бросил в огонь три железные чашки размером с большой палец. Через несколько секунд он выудил их оттуда одну за другой зазубренной палкой. Когда он разлил в них бульон, тот шипел и разбрызгивался, раздражая запахом мяса и пряных трав. Порубежник перевел взгляд с Адди на Райфа, в то время как чашки остывали.
Догадавшись, что он ждет от них некой ответной вежливости, Райф произнес:
- Мы благодарны за гостеприимство вашего очага.
Этого было достаточно. Порубежник кивнул, поставил чашки внутрь большей, кожаной, и передал их Адди и Райфу. По обычаю таких неожиданных встреч гости пили первыми. Что бы это ни было -- бульон, чай, пиво -- оно было приятным и пряным. Адди свою выпил быстро, а затем изучил осадок.
- Торговля, - сказал порубежник.
Прошел миг, в который Райф понял, что на обмен ему предложить нечего. Орлийский плащ. Сулльский лук. Стеклянная молния. Длинный нож Траггиса Крота. Чтобы заполучить из этого хоть что-нибудь, человеку придется его убить. Впрочем, Адди оказался лучше подготовлен к этому, и вытянул из-за пояса один из своих запасных заячьих носков. Одного взмаха оказалось достаточно, чтобы монеты звякнули.
Порубежник ждал. Он был одет в перекроенную оленью шкуру, сшитую грубыми черными стежками, и верхнюю тунику из черной кудрявой овчины, которая была настолько жесткой, что стояла колом. Он не был молод, несколько сосудов в глазах лопнуло, а волосы на лице поседели. Сулльская кровь проявлялась глубокими впадинами под скулами и легким металлическим блеском красной кожи.
- Наперстянка, - назвал Адди, произнося слова очень отчетливо. - Ландыш. Пустырник. Ракитник.
