Даже хотя Кроп знал, что не стоило вспоминать о том плохом человеке с светлыми глазами, которого Квил называл Правителем, он не мог, казалось, остановить себя. Этот человек сокрушил его хозяина. Задавил их, хладнокровно держась на расстоянии, а его помощники обнажили мечи. Фьють-фьють. Фьють-фьють. Куриная голова вместо мозгов. Кроп вспыхивал от стыда, когда вспоминал, как захватили его хозяина. Это была полностью его вина. После того, как он спас своего хозяина, он мог направиться куда угодно в Известных Землях. Бежать, вот что было важно. Бежать из города, огороженного стенами, и от людей, которые были врагами его хозяину. На север, юг, восток, запад -- не имело значения, куда. Так почему же он направился на север в горы? Потому что он был бестолковым, вот почему. На любом другом направлении они находились бы высоко и в сухости. А то, что они получили, было мокрым и низким. Восемнадцать лет сырости и подземелий.
Захват хозяина человеком с бледными глазами оказался только началом. В то время как Баралиса увезли в остроконечную башню, Кроп был оставлен умирать в высохшем овраге. Стрелы, четыре, пробили шкуру великана. Кроп не мог сказать, как долго он из-за этого пробыл без чувств, но что он знал точно, его первой и единственной мыслью, после того, как он очнулся, было: Как я могу спасти хозяина? Нападение произошло в предгорьях к северо-западу от Собачьей Трясины, и Кроп знал с уверенностью, что хозяин увезен на запад. На запад он и пошел, к городу со стенами из серого известняка, где остановился в эту же ночь. Не прошло и дня, как он столкнулся с работорговцами. Годы спустя Кроп узнал, что группы, захватывающие рабов, постоянно дежурят в этом разбойном месте, называемом Болотными Землями. По словам Скорбута Пайна, любой человек, пересекавший горы в одиночку или в небольшой группе без охраны, расценивался как честная добыча. Хромающий, одураченный, и прикованный к задней части фургона, Кроп был угнан на восток в Транс Вор. Вор был городом вне закона, жившим на доходы от алмазов, олова, ртути и золота -- всего того, что только можно было выгрести из земли. Скорбут Пайн говорил, что рабовладение там было незаконным, как и в большинстве остальных городов севера, но хозяева Вора закрывали на это глаза. Рабы были нужны, чтобы ломать камень.
Кроп был продан на оловянные рудники. Восемь лет спустя, когда жила истощилась, он был продан дальше вместе со своими собратьями по цепи на алмазные копи к северу от Затопленного Озера. Ходили слухи, что добыча алмазов легче добычи олова, но Кроп вскоре убедился, что это было не так. Восемнадцать часов в день ломать камень. Час на еду и прочие потребности. И пять часов на сон. После почти десяти лет, прожитых под землей, работа в карьере алмазных копей поначалу показалась благословением. Затем холодное осеннее солнце пропало, и начались полгода зимы. Снежные бури, метели, северные ветра и леденящий туман -- порода должна была быть разбита несмотря ни на что. Кроп видел, как человеческие руки становились ярко-розовыми, и затем белели, и знал, что не пройдет и недели, как они будут гнить и хирург прииска должен будет их ампутировать пилой для костей. Горький Боб называл это прощанием горняка, потому что каждый, кто лег под эту пилу с зелеными зубьями, умирал.
За те восемь лет, что он провел на алмазных копях, Кроп увидел все способы, какими человек мог умереть. Он знал, что ему повезло быть здесь, повезло иметь шкуру настолько толстую, что она не поддавалась морозам, повезло иметь спину настолько сильную, что после восемнадцати часов размалывания породы она могла разогнуться, как согнутая березка. Ему повезло со Скорбутом Пайном, Королем Воров, как покровителем, и повезло узнать, что в один прекрасный день он сбежит и найдет своего хозяина.
Это знание поддерживало его лучше, чем теплые одеяла и баранье рагу. Когда Скорбут Пайн пришел с планом побега, Кроп согласился со всем, что тот просил. Его задачей было разбить ножные кандалы, которые соединяли рабов в шеренгу. "Смотри не забудь, верзила. Будь готов, когда я скажу". Когда слово было сказано, Кроп был готов. Они со Скорбутом бежали, и в то время как Король Воров бежал на север, Кроп направился на запад.
Приди ко мне, приказал ему хозяин. Теперь Кроп был здесь, и его хозяин был свободен, а дела были снова мокрые и низкие. Глупо, он предполагал, что когда он встретится со своим хозяином, все их проблемы исчезнут.
Кроп посмотрел на свои ботинки -- еще одна вещь, которой он обязан Квилану Моксли. Вор посчитал его настоящие алмазные сапоги недостаточно заурядными, и приобрел отличную, менее заметную пару.
- У хозяина ничего нет. У Кропа ничего нет, - сказал Кроп, чувствуя себя глубоко несчастным.
- Могу ломать породу и направлять вещи, - он боролся дальше:
- Однажды выступал в шоу ряженых как медведь.
Квил, казалось, был действительно озадачен этим, и на минуту остановился, чтобы его рассмотреть. Покачав головой, он продолжал:
