- Я не буду раскрывать местонахождение тайника Исса, но знай: Я иду без жульничества. Мне не нужно ничего, кроме убежища для моего слуги и меня. Тьма меня знает, и ты не можешь представить, что это знание приносит. С каждым часом мне остается все меньше. То, что мне требуется, находится за пределами твоих способностей красть или копить. Помоги мне, и ты получишь то, что мне больше не нужно.
Прошла минута, когда, если бы Кропа спросили, он ответил бы, что почувствовал, как земля поворачивалась под его ногами, а затем вор медленно, без горячности, кивнул:
- Сделка заключена. Бог да поможет всем нам.
Кроп собирал пожитки хозяина, когда Квил отправился вперед, чтобы обвести собак.
Райф открыл глаза. Все было темно и спокойно. Глушь уплотнилась, пока он спал, это было трудно описать иначе. Иногда она ощущалась свободной и полной пространства, паром, который мог развеять ветер. Сейчас она ощущалась как гуща, оседающая на дно стакана.
Бездумно он поднял руку к груди. Он спал на спине, но что-то толкнуло вороний клюв глубоко в подъяремную ямку на горле. Пока пальцы с трудом извлекали жесткий кусок птичьей кости из кожи, его разум осознал то, что тело уже знало. Опасность. Его мышцы напряглись, кожу покрыла испарина. Даже прежде, чем он открыл глаза, включилось его ночное видение.
Неизвестная территория - вот во что превратилась его жизнь. Но какой выбор у него был, кроме как принять это?
Поднявшись, он быстро решил, что ему понадобится. Полумрак палатки не задерживал его, он нашел одежду, сапоги и оружие, собрался, и затем вышел наружу.
Пронизывающий мороз обрушился на Глушь, пока он спал. Никакой ветер не мог существовать в таком холоде, и воздух был неподвижен. Кухонный очаг в центре палаточного круга сократился до тусклого красного свечения. Остывающий дым скапливался вокруг основания, медленно удушая последние языки пламени. Брат агнца из ночной стражи отсутствовал на своем посту. Райф проследил отпечатки ног до загона и обнаружил его успокаивающим молочную овцу. Животные знали.
Райф подошел к огню, обхватил рукой копье братьев агнца из кости и меди, и выдернул его из земли.
- Вот, - сказал он, когда человек подошел к нему. - Возьми его.
Это был самый молодой брат, новик. Одинокая черная точка располагалась в центре его переносицы. Порядки его братьев были чем-то, чем он еще не овладел, и в непроглядной темноте его дежурства для защиты от холода он прикрепил лошадиную попону поверх темных коричневых одежд. Теперь, взяв копье, он ее уронил. Что бы он ни увидел на лице Райфа, это достаточно отрезвило его. За семь дней, проведенных в лагере братьев агнца, Райф ни разу не слышал его голоса. Райф даже не мог быть уверен, понимает ли тот Всеобщий язык, но он говорил с ним в любом случае. Возможно, это его успокоит.
- Со мной.
Взгляд человека метнулся к палаткам из высветленных шкур, где спали братья агнца. Райф покачал головой:
- Оставь их.
Брат агнца, казалось, понял его и остановился в шаге от Райфа. Он держал девятифутовое копье хорошо, легко уравновешивая его у пояса. Собственное оружие Райф ощущал в руке непривычно. Погруженный глубоко в теневую плоть, вес меча рыцаря-клятвопреступника сместился к основанию лезвия. Он знал, что следовало бы, пожалуй, выбить камень, вставленный в навершие, чтобы восстановить баланс, но он не мог заставить себя обезобразить подарок Слышащего. А кроме того, у него был сулльский лук. Перекинутый за спину, большой шестифутовый лук хлопал его по правой лопатке и ягодице, когда он ходил. Роговой футляр со стрелами для удобства стрельбы должен был располагаться высоко на левом плече, но вместо этого свисал с ремня на поясе. Рана на плече все еще беспокоила его. Он чувствовал ее сейчас. Это мешало.
Направляясь в сторону от круга палаток, он пытался почувствовать, что же происходит. Амулет ворона, данный ему при рождении старым ведуном клана Берди Градом, ощущался у горла как кусок пылающего льда. 'Это твое, Райф Севранс. Придет день, и ты будешь рад, что он с тобой'. Слова Берди отдавались эхом в сознании Райфа.
Будешь вытащен, сказать точнее. Он был чем-то разбужен и вытащен наружу.
Сзади в палаточном круге один из мулов начал реветь. Райф посмотрел на брата агнца. Он легко, одними губами, говорил. Опять же, наверное, сам себе. Холод вторгался в грудь, замораживая мельчайшие пузырьки, где воздух дожидался, чтобы проскользнуть в кровь. Дюны из пемзы под ногами были мягкими, как мука. Каждый шаг вздымал клубы пыли.
Звездный свет окрасил Глушь в синий цвет. Райф смотрел на ландшафт морского дна, где не существовало теней. Ему пришло в голову, что он должен бояться уходить слишком далеко от стоянки, но его разум подавил страх. Был шанс, что он потребуется позже. Если Райф не способен вернуться к кругу палаток, то так тому и быть. Выбора не было. Амулет ворона звал.
