Я удивленно хмыкнул, убрал фонарик и задумчиво уставился на следы ботинок у меня под ногами. Мало кто даже из самых искушенных специалистов мог бы вам сказать, что это такое. Ввиду крайней редкости подобного явления, оно было плохо изучено и почти нигде не задокументировано. Определенный ответ можно было услышать только от магов пятого уровня, которые смогли овладеть одним из наиболее сложных навыков, открывающихся для них на этом этапе. Да и то, лишь в том случае, если эти маги будут утруждать себя излишней наблюдательностью. А таких людей в империи можно было пересчитать по пальцам. И одним из них был я. Пока не умер.
Я отошел к расположенной напротив кровати и уселся на нее. Мне нужно было очень серьезно обдумать увиденное. Множество вопросов роилось в моей голове. Кто оставил эти следы? Как давно это произошло? И связано ли это как-то с моим новым странным дворецким? Ответов у меня не было. Но вполне определенно я понимал только одно: это не мог быть Леопольд. Учитывая то, что я не чувствовал в нем абсолютно никакой магии, он просто не был способен на такие вещи.
Все дело в том, что речь здесь шла о редчайшем заклинании перемещения, которое позволяло магу исчезнуть в одном месте и появиться в другом, заранее для этого подготовленном. Это место волшебники называли укрытием или убежищем. На его создание могли уйти месяцы кропотливой работы. И оно могло находиться за тысячи километров от точки отправления.
При перемещении захватывались мельчайшие частички всех точек опоры, задействованных магом на момент исчезновения. Это нужно было для сохранения стабильности тела во время трансгрессирования. Без точек опоры тело во время перемещения превращалось в фарш. Поэтому данный навык ни в коем случае нельзя было применять в свободном полете. Почему так происходит, никто не мог ответить. Да и отвечать в общем-то было некому. Те немногочисленные маги пятого уровня, которые освоили навык перемещения, не особо ломали над этим голову.
Мог ли обладать таким навыком Леопольд? Определенно нет. Это сродни предположению, что младенец сможет управлять самолетом. Если он даже и попробует, ничего хорошего из этого не выйдет.
В своих размышлениях я зашел в окончательный тупик, из которого никак не мог выбраться. Мысли начали путаться, а близость мягкой подушки сводила на нет все дальнейшие попытки что-либо понять в этой темной истории. Я тяжело поднялся с кровати и на гудящих от усталости ногах вышел из комнаты Леопольда. Запер дверь и поплелся к своей спальне. Мой переутомленный организм настойчиво требовал отдыха. Поэтому я принял единственно верное решение в этой ситуации: отправиться спать, а все обдумать утром на свежую голову. Если, конечно, найду для этого время.
Утро застало меня одной единственной свербящей мыслью: «Я безнадежно проспал.» Это стало ясно сразу после того, как я разлепил веки и взглянул на часы. Стрелки показывали половину восьмого.
Организм протестовал и упорно настаивал на продолжении сна. Но я решительно послал его куда подальше, поскольку сейчас речь шла, ни много ни мало, о выживании моего имения и людей его населяющих. Сегодня Владислав должен был показать свой норов. А мне нужно было его как можно жестче урезонить.
Я был уверен, что бастард ждать не будет. Он не будет тщательно готовить карательную операцию. Для него важна скорость, напор и причинение максимального урона в кратчайшие сроки. Это должна быть показательная акция, чтобы другим не повадно было. С помощью ее он мог привлечь на свою сторону колеблющиеся южные имения приграничья. Там его возможности по внезапному нападению были гораздо шире, поскольку юг диких земель был покорен Моргредом.
Я вскочил с кровати, принял душ и быстрым шагом направился в столовую. Еще вчера, во время нашего непродолжительного отдыха, пока медведь шел к границам моих земель, мы с Ярцевым обсудили детали сегодняшней операции. Так что за его часть предстоящего мероприятия я не особо переживал. Но сейчас мне требовалось успеть подготовить свою часть задачи. И сделать это надо было быстро, поскольку времени до полудня оставалось в обрез.
За завтраком к мне подошел невозмутимый управляющий. Улучив момент, он спросил:
— Посмотрели записи с камер, ваше сиятельство?
— Еще нет, Тимофей Федорович. Времени совсем не было. Но я обязательно это сделаю. А насчет Леопольда я вам вот что скажу: когда неприятель ищет оправдания и поводы для своих вероломных нападений, то очень часто выдумывает полнейшую чушь. И здесь, как мне кажется, именно такой случай. Бастарду, захватившему власть в землях графа Волкова, просто не понравилось, что его дворецкий перебежал к врагам. А если еще учесть, что Леопольд очень много знает, то здесь и обнаруживается истинная причина недовольства Владислава. А кражу он выдумал только чтобы оправдать свое отвратительное нападение. Ну и чтобы Леопольда в наших глазах очернить.
— Не хотите ли вы этим сказать, ваше сиятельство, что решили взять его обратно? — В голосе управляющего послышались нотки разочарования.
— Именно это я и хочу сказать, Тимофей Федорович.
