Видеоотчет был так себе, я бы и то получше снял. Мне, правда, понравилось, как этот парень пристраивался к своей девице на носовой палубе белоснежного лайнера, больно прижав ее передней частью к фальшборту. При этом он махал руками, как альбатрос крыльями, и кричал: «Все идет по пла-ану!»
И вот новый сезон. Я прибавляю громкость.
Как обычно, на красном диване три гостя. На этот раз все девчонки. Две малоинтересны. Увидев третью, я больше не свожу с нее глаз.
Таня осталась такой же. Дымчатые очки в дорогой оправе похожи на ее прежние. Но в новом белом платье она кажется чужой и взрослой.
На экране возникает ее досье. «Не вижу в жизни радости», – читаю я. В горле у меня становится сухо.
Две другие девицы сидят как на иголках. Они пялятся в камеру во все глаза, будто хотят загипнотизировать зрителей. Таня смотрит в сторону.
Появляется и Тимур. Он длинный и поджарый, он все так же стреляет глазами из-под очков, плюс ко всему на нем узкий черный костюм в мелкую серебристую полоску. Эти полоски переливаются на экране как змеиная кожа.
– Итак, мы уже услышали две истории от наших гостей, – говорит он зрителям (я с трудом узнаю его телевизионный голос). – Прекрасная Елена хочет стать еще прекраснее, для чего ей определенно необходим собственный бутик модной одежды. Звезда «Инстаграма» Софья, творческий псевдоним – Сойка, хочет купить миллион подписчиков для своего канала… Но сейчас нас ждет третья история. Наша печальная Таня расскажет нам о том, какой жестокой бывает подчас реальность – и как иногда хочется все бросить… бросить, как в детском стишке, в речку мячик… и самой броситься туда же следом… но не плачь, Таня! Ни один мячик не стоит твоих слез! К тому же из каждой речки есть выход, нужно только сделать первый шаг. Вот, например, прийти к нам на проект. А там – как повезет! Повезло или нет, мы узнаем… после короткой рекламы на ТФТ.
– Как повезет, – повторяю я тупо.
Дверь на балкон так и остается открытой. Там, внизу, последний желтый автобус закрыл двери и уехал пустым, и сразу стало темнее. Я вижу, что тучи заполнили уже все небо. Даже чайки примолкли.
Все могло сложиться иначе, думал я. Тогда, давно, я не нашел слов, а потом говорить было поздно. Да и телефон у нее был отключен. И во всем, что случилось, я мог винить одного себя.
Да, и когда-то я сам взял визитку у Тимура.
После рекламы гигиенических средств и пары невнятных анонсов шоу двинулось дальше. Режиссер наконец дал крупный план третьей героини. Внизу снова ползет какой-то текст, но я туда не смотрю. Я смотрю на Таню. Мне кажется, что ей запретили уводить взгляд в сторону. Тогда она просто закрыла глаза под дымчатыми стеклами.
– Моя история не такая… яркая, – говорит она. – Я жила в Петербурге. Закончила школу на домашнем обучении… моя мама учитель, нам это было проще…
Тимур согласно кивает. Счетчик голосов в углу экрана срывается с места и дает Тане первые баллы: сто, двести, пятьсот…
– Я не думала сюда приезжать. Но, если честно, мне очень нужны деньги. И тут я вспомнила ваш телефон. Там было все просто: три, два, один, пуск… Я решила: или сейчас, или никогда.
– Деньги ей нужны, – бормочет звезда «Инстаграма», закинув ногу на ногу. – А кому не нужны-то.
Тимур сдержанно улыбается.
– Я могу только пожелать тебе успеха, – говорит он.
– Спасибо хотя бы за это. Как говорит моя мама, утопающий хватается за соломинку… если ее видит…
Ее голос дрожит. Режиссер поспешно переключается на крупный план ведущего.
– Пока Таня ищет слова, – говорит этот Тимур, – я позволю себе добавить некоторую предысторию от себя. Мы познакомились с ней при необычных обстоятельствах. Это было в ее родном Петербурге, где я был проездом, по делам… Представьте себе инопланетный пейзаж, который когда-то можно было увидеть в клипе одной старинной поп-группы – назывался он «Тучи». Это удивительная дорога, которую проложили по дамбе прямо посреди моря… такая, знаете, узкая асфальтовая лента и титанические бетонные глыбы по бокам… километр за километром – мосты, виадуки, а вокруг – сияющее море, и необитаемые острова на горизонте… Ну, представили? – тут Тимур улыбается еще романтичнее, но я почему-то напрягаюсь. – И вот на этой самой дороге – шесть полос без отбойника – мы стали свидетелями страшной аварии. Прямо на нас двигалась, что называется, слепая пятидесятитонная сила, и автомобили вокруг разлетались, как смятые жестянки. – Тут Тимур, конечно, приврал. – Как вдруг в окне одной из машин я увидел лицо этой девушки. Как мимолетное, не побоюсь повторить классика, виденье. В тот раз мы оба спаслись чудом. Я решил, что это символично… я тут же решил пригласить ее в свой новый проект. И вот она здесь. С верой и надеждой на лучшее.
Последние слова Тимур говорит механически – наверно, это рекламный слоган его чертовой программы. Затем он произносит неожиданно холодно и веско:
– И вот что. Возможно, вы еще не поняли. Таня с десяти лет практически ничего не видит. Деньги ей нужны на операцию. Это и есть ее желание.