– Тая, ты же понимаешь, что ты не виновата в смерти этого охранника? Ты его не убивала, – тихо сказал я.
– Виновата, хоть и не убивала сама, но убили его из-за меня, – возразила она. – После этого мне было все равно, что будет потом. Прошло очень много времени, прежде чем он ударил меня снова и прежде чем я поняла, что нужно тщательно продумывать каждый свой шаг к побегу. Я, как идиотка, насмотрелась фильмов и начиталась книг на эту тему. У героинь все так гладко получалось, понимаешь? А у меня не было ни малейшего шанса, потому что все кругом было напичкано камерами, потому что с меня глаз не спускали и потому что я, черт возьми, боялась! Боялась умереть! – Ее голос сорвался, и я испугался, что Тая разрыдается, но она, сделав глубокий вдох и чуть пригубив вина, сдержала эмоции. – Смешно, правда? Смешно желать жить, если твоя жизнь похожа на преисподнюю.
– В этом нет ничего смешного, Тая. Люди так устроены, что цепляются за малейшую надежду на лучшее.
Она кивнула.
– Я так ничего и не могла спланировать: запастись деньгами или мобильным телефоном, о котором он бы не узнал. Мне не к кому было обратиться за помощью, да я и не стала бы… Не стала бы больше, после того что он сделал с Сергеем. Ну а потом жизнь преподнесла мне сюрприз в виде избиения до беспамятства, больницы в захолустном городе и Любаши.
– Ты молодец, что смогла найти в себе силы на побег, – сказал я.
Тая дернула плечом, будто бы до сих пор сомневалась в том, что она вырвалась из клетки. Мы молчали. Она отставила бокал на журнальный столик и обняла согнутые ноги руками. Я сидел, не шевелясь, боясь спугнуть ее. Тая и так сегодня была слишком откровенной.
– Почему ты делаешь это? – Ее странный вопрос нарушил возникшую гармонию.
Взгляд зеленых глаз полнился болью и смотрел на меня с укором. Я наклонился вперед и, нахмурившись, спросил:
– О чем ты?
– Как ты можешь убивать?
Я ошарашенно смотрел на Таю.
– Убивать?
– Да, животных. Они же… Они же невинные и беззащитные…
Ах вот она о чем. Я запустил руку в волосы, взъерошив их, и откинулся на спинку кресла.
– У меня нет ответа на этот вопрос, Тая. Наверное, это инстинкт древнего охотника, что заложен в каждом человеке, но в современном мире уже давно стал атавизмом.
– Наверное, и в нем проявлялся этот инстинкт, – отвернувшись, с отвращением прошептала она.
– Знаешь, я уверен, что, если бы твой муж ходил на охоту, он не вел бы себя как скотина по отношению к людям. Охота только для сильных и крепких духом людей.
Тая резко обернулась ко мне.
– Ему доставляет удовольствие бить и унижать. Разве охота не сродни этому чувству?
– Нет. Настоящий охотник никогда не стремится причинить зверю боль. Наоборот, мы убиваем как можно быстрее и безболезненнее.
Не знаю, поняла ли Тая, что я хотел до нее донести, но она кивнула, соглашаясь. Мы снова замолчали.
– Знаешь, Лида рассказала, что она подает на развод, – сменила тему Тая.
– Знаю, Авдеич хвалился, что скоро женится, – улыбнулся я. – Тая, а что, если и тебе подать на развод? – Эта мысль пришла мне в голову внезапно, но тут же начала обретать форму.
– Нет, – замотала она головой, – он же сразу найдет меня.
– Не обязательно. Послушай, – я упер локти в колени и продолжил: – Можно нанять хорошего адвоката, который будет твоим представителем в суде и который подпишет все документы за тебя.
– Он выйдет на меня через адвоката! – в ужасе промолвила Тая.
– Не выйдет. С адвокатом ты встретишься один раз, чтобы выписать на него доверенность, а все остальные вопросы, если такие возникнут, он будет решать через меня или еще через кого-нибудь. Адвокат не будет знать, где ты и как тебя найти, а значит, и твой муж не сможет этого сделать.
Тая смотрела на меня удивленно, с сомнением.
– Нет, это слишком рискованно. Денис уже один раз развелся. Я не знаю подробностей, но, как я поняла, это стало для него спусковым крючком. Он скорее убьет меня на глазах у всех, чем допустит развод.
– Ты слишком сильно веришь в его всесилие, – покачал я головой и встал. – Поверь мне, на любую силу всегда найдется бо́льшая сила.
– Так же, как на каждого зверя свой охотник? – тоже вставая, спросила она.
– Не всегда охотник уходит с добычей, Тая. – Я посмотрел ей в глаза. – А твой муж уж точно не охотник – он падальщик, гиена. Преследует слабую жертву, загоняет ее, пока та совсем не лишится сил, а потом нападает.
А гиен принято пристреливать. И я знал одного охотника, который может это сделать.
– Я не настаиваю, чтобы ты завтра же шла и разводилась, – сказал я, кладя ей руки на плечи. – Просто подумай об этом, Тая. А адвоката мы найдем. Связей у меня предостаточно.
Я мягко сжал ее плечи и тут же заметил тень, проскользнувшую в ее глазах. Страх? Неверие? Или все же надежда, которую мне удалось посеять?
– Ты теперь под моей защитой, Тая. И поверь мне, гиена – ничто для человека, который выходил на медведя с голыми руками.
– С голыми руками? – подняла на меня глаза изумленная Тая.
Я улыбнулся.
– Разве Любаша не рассказывала тебе историю нашего знакомства?
