Всех четверых бросило в противоположную от ударной волны сторону рубки. Многотонный локомотив, не сбавляя скорости, наклонился влево, и его правые колеса оторвались от рельсов, что оказалось весьма удачно – именно ближняя к эпицентру землетрясения сторона путей разошлась первой. Железнодорожное полотно начало трещать от поперечного напряжения. Ржавые болты с громкими хлопками разлетались в стороны, словно поджаренный попкорн, шпалы шли гармошкой. Взрывная волна земляной зыби ударила справа и, гонимая мощной силой, понеслась дальше, с другой стороны от локомотива, постепенно теряя запал. Деревья слева от дороги подпрыгнули и вернулись обратно в насиженные места, лишь слегка обнажив корни. Они устояли так же, как на одних левых колесах устоял и локомотив.
– Всем на правый борт! – кричал Каспер. – Не дайте нам перевернуться! И коробки! Аваст! Сдвинь обратно коробки!
Деви схватилась за ручку двери поднявшегося по диагонали над ее головой правого борта, подтянулась на него и подняла за собой старика. Они быстро выбрались на внешнюю платформу локомотива – небольшую площадку с поручнем, держась за который можно было обойти транспорт кругом. Они не стояли на ней, как было бы в обычной ситуации, а полулежали на стене рубки, как пытающиеся спастись люди на перевернувшемся корабле, перед ними был не лес, а верхушка красного неба. Они повернули головы назад и сквозь окна увидели, как Аваст и Хан пытаются передвинуть на правую сторону сместившиеся коробки.
Рельсы начали поворачивать влево. Локомотив несся по дуге, подобно выходящему из акселя фигуристу, для эффектности вытянувшему правую ногу и скользящему лишь на левой.
– Слишком большая скорость для такого поворота! – испугался Аваст.
Заметив, что помощник тянется к рычагу скорости, Каспер локтем разбил боковое окошко и прокричал в рубку:
– Нельзя тормозить, иначе мы сойдем с рельсов! Полный вперед! Инерция не дает нам перевернуться!
Хан навалился на рычаг и перевел его на максимальное ускорение. Почти упавший на бок локомотив воспрянул духом и немного выпрямился. Следопыт и Аваст перебрались-таки на правую сторону и даже подтянули за собой часть коробок. Это была ерунда по сравнению с весом локомотива, но, когда он балансирует на одной тонкой грани колес, любая мелочь может оказаться решающей. Сумма всех совершенных путниками усилий, а также увеличение скорости, в основном, конечно, увеличение скорости, помогло, и через несколько секунд локомотив вернулся в горизонтальную плоскость, выбросив снопы искр из-под правого бока. Поврежденная часть полотна осталась позади, и поезд встал на ровные рельсы.
– Теперь можно и медленнее, – сказал Каспер, возвращаясь в рубку машиниста. – А то разобьемся.
– Странно, почему мы
– Это не обычный локомотив, – объяснил Аваст. – Он создан, чтобы восстанавливать полотно. Особые колеса допускают большое искривление и разрывы в рельсах, поэтому мы уцелели.
– Такой локомотив – часть плана, – сказал Каспер. – Я постарался все учесть. У нас есть лишь одна возможность спасти мир, и нельзя погореть на какой-то мелочи. И припасов, как видишь, у нас тут на все случаи жизни.
– Так где именно надо спасать мир? Куда мы так несемся?
Хан стоял между Деви и доктором, пока Аваст вел локомотив. Все трое теснились на четырех квадратных метрах свободного от припасов пространства. Мимо боковых окон проносился пейзаж, словно люди стояли на месте, а сама Пустошь летела куда-то назад, сбегала от них. Горелые сосны перемещались вместе со скалами и развалинами заводов. Кое-где мелькали озлобленные морды мутантов, но они не могли причинить никакого вреда несущейся мимо них железной махине. Даже если кто-то стрелял, звуки выстрелов тонули в шуме колес, которые из-за своей особой формы грохотали, как отбойные молотки.
– Где спасать мир? – переспросил доктор. – Не здесь. На Дальнем Востоке.
– И долго еще туда ехать? – поинтересовался Хан.
Каспер засмеялся.
– Ехать? Нет! Наша цель в восьми тысячах километров отсюда. На этой развалюхе не сдюжить и десятую часть пути. Тем более скоро рельсы закончатся. Мы пока только завершаем приготовления. Собираем вещи и людей.
– Будет еще кто-то?
Доктор примял растрепавшуюся бородку, снял очки, подышал на них и протер рукавом халата.
– Помнишь, я обещал тебе встречу с твоими обидчиками, Хан?
– Я уже не горю жаждой мести, – равнодушно сказал следопыт.
– Что ж, тем лучше. Потому как они, скорее всего, пойдут с нами. По крайней мере нам нужно их оружие, артефакт.
– Артефакт? – удивилась Деви.
– Да. Такой же необычный, как плащ-хамелеон или силовой кнут, – уточнил доктор. – Одна из загадок древнего мира.
– Что он может, этот артефакт? – спросил Хан.
– Боюсь, ответ именно на этот вопрос тебя только запутает. Давай я объясню все с самого начала. Тогда и переспрашивать не придется.
– Уж будьте любезны, – съерничал следопыт.