К счастью для следопыта, негодяй оказался на другом уровне города да еще за несколькими линиями транспортера. Прямая видимость не означала, что они могут сойтись в поединке.
– Теперь-то скажешь? – взмахнул ножом Амдэ.
– Хорошо, хорошо! – взмолился рабочий. Следопыт начал резать его спутавшиеся волосы. – Девять, два, шесть, пять, три, пять.
Последние цифры он договаривал, уже будучи освобожденным из цепких лап собственного завода. Даже не оглядываясь на следопыта, он рванул прочь, скрывшись в проходах, которые знал лучше любого пришлого охотника за модулями. В одно мгновение его и след простыл.
Амдэ подбежал к пульту и ввел нужную комбинацию. Они со скорпионом уже забегали внутрь, когда снаружи упала граната. Створка закрылась и приняла на себя весь удар. От крепкой двери отлетела только одна петля.
– Она не бункерная, – досадовал Амдэ. – Бежим скорее, пока ее в щепки не разнесли.
Он повернулся в сторону сердца Хеля и замер от неожиданности. Его глаза уже успели привыкнуть к тесноте извилистых ходов и лабиринту станков, но теперь перед ним раскинулся белый простор. Сложно было представить, что внутри тесного города может располагаться огромный зал. Белые стены расходились на несколько сотен метров в стороны, а высоченный потолок тонул в голубоватом свечении тонких неоновых ламп, что тянулись вдаль и сливались в сплошной вихрь света. Пол блестел чистотой, а грохот долбящих в купол снарядов хоть и нарушал волшебную тишину этого места, но звучал намного глуше, чем во внешнем городе.
У стен ровными штабелями, как патроны в пулеметной ленте, располагались капсулы, вокруг них орудовали клешни-манипуляторы. С питающих сердце Хеля конвейеров поступали шлемы виртов и по мелким каналам, как по капиллярам, попадали к капсулам. Амдэ прошел вглубь зала и сквозь неоновую дымку яркого света заметил в центре помещения огромный реактор, широкий снизу и сужающийся к потолку, словно сплющенная груша. Обычная такая десятиметровая груша. От быстрого вращения его турбин по полу шла вибрация. Следопыт вспомнил карту города с атомной станцией ниже первого уровня в самом центре и понял, что перед его глазами верхушка этой махины. От очередного взрыва снаряда он сглотнул. Не хотелось оказаться в эпицентре ядерной катастрофы. История Пустоши говорила, что от этого делается очень больно.
Он повернул к ближайшим модулям и, игнорируя взрывы гранат за входной дверью и отлетающие от нее петли, принялся искать нужный. Капсулы располагались на небольшом возвышении, на эдаком пьедестале, сантиметров на десять выше пола. Судя по номеру модуля, их тут было не меньше тысячи. Удача улыбнулась уже после первой сотни капсул – Амдэ наткнулся на цифры 9-6-0. Далее шла капсула 9-6-1. Полный душевного трепета следопыт шагнул дальше. Еще несколько метров, и он найдет нужный модуль. Безумное путешествие через всю Пустошь шло к своему апогею, переломному моменту, своеобразному водоразделу. «Самое сложное позади, – думал он, – обратный путь с модулем должен получиться намного легче. Просто схвати его и беги». Он прошел 9-6-8 и оказался у прекрасной светящейся капсулы, точно такой же, как и тысяча других, но волшебные цифры 9-6-9 делали ее особенной. Такова психология человека – вещь, ради которой идешь на жертвы, кажется тебе намного ценнее других.
Следопыт отодвинул клешню манипулятора и склонился над капсулой. По его спине прошел холодок, но отступать было некуда. Он потянул за рычаг, и саркофаг открылся. Внутри оказалась женщина. Точнее гиноид. Почти такая же, как восемь его бывших Лей, только еще красивее – самой современной модели, с выразительными скулами, с гладкими щеками и эффектным изгибом между подбородком и шеей – многие недооценивают вклад этого места в общую привлекательность, а зря. Одета она была в открытый комбинезон цвета небесной лазури, в тон потолочному свечению зала. Ее глаза и верхнюю часть головы закрывал шлем виртуальной реальности с толстым пучком уходящих в основание капсулы проводов, а на полуоткрытой груди виднелось выжженное клеймо «9-6-9».
Вот он – модуль. Не бездушный предмет, а настоящий живой гиноид. Амдэ вспомнил о трудностях общения с восемью Леями, и по его телу пробежали табуны мурашек, гонимые хохочущей садисткой-судьбой. Схватил и побежал? Как бы не так. Опять отношения, хоть и сугубо рабочие. Опять входить в ту же реку, ковырять старые раны.
Взрыв гранаты наконец вынес входную дверь, но светящийся в воздухе флер не позволял видеть дальше чем на пятьдесят метров. Следопыт лишь заметил всполох огня и услышал грохот изуродованного куска стали. Звон в его ушах стал сильнее.
Девушка в капсуле открыла глаза и уставилась на него по-женски хмурым и дерзким взглядом, выражающим всю первобытную красоту и жестокость мира. Это слишком большая ноша. Хотелось сбежать, но там, в голубом тумане, его ждала смерть. Амдэ вновь посмотрел на гиноида и нервно вздохнул.
Глава 6