След скорпиона уже давно оборвался, но следопыт догадывался, где мог ждать Каспер – к востоку от бара «Мир-2», именно там он нанимал охотников. Какой-то карьер, о котором сказал Байер. Следопыт никогда там не был, но примерно представлял расположение этого добывающего руду чудовища, с точностью до пятидесяти квадратных километров. Такую относительно небольшую область можно исследовать за пару лет, но Амдэ понимал, что у него остается лишь несколько часов, и задействовал свое последнее оружие – интуицию.
Можно сколько угодно верить в невероятные способности влюбленного сердца, но следопыту просто повезло наткнуться на укравшего Деви охотника. В конце концов, Пустошь только на первый взгляд выглядит однородным пространством с грудой развалин. На самом деле в ней не так много удобных тропинок и безопасных проходов, а два на первый взгляд одинаковых участка руин различаются тем, что один из них заминирован рейдерами по самое не балуйся, а второй относительно безопасен и даже ими не простреливается. Если отсечь все опасные тропы, то следопыту было не так сложно наткнуться на лагерь Радиона. Вероятность всего один к трем, может быть, к четырем.
Он нашел охотника за головами между двух разбившихся в давнюю пору самолетов, в низине, представляющей собой идеальное место для лагеря. С двух сторон ее надежно защищали гладкие фюзеляжи, незаметно забраться на которые из-за их формы было невозможно. Они лежали клином, создавая очень узкий проход, буквально предназначенный для того, чтобы его заминировали. С широкого края этой апокалиптической ложбины в один из самолетов упирался остов пожарной машины, вероятно, брошенной во время полыхавшего здесь пятьсот лет назад пожара. Таким образом и парадный вход в лагерь являлся бутылочным горлышком, подходящим для минирования. В прошлые годы следопыт несколько раз ночевал в этом месте и прекрасно знал его. Непривычно было видеть там своего противника.
Амдэ лежал на сгоревшем вагоне в километре от этого укромного места и в бинокль разглядывал лагерь врага. Казалось бы, ни одной уязвимости, всюду ловушки, растяжки и замаскированные светошумовые гранаты – все как любил следопыт, но в любой защите есть слабое место. В этом он убедился, когда очиститель сожрал его дом месяц назад. Продолжая разглядывать место будущей схватки, он задержал взгляд непосредственно на противнике. Дюжий детина, выше двух метров ростом да еще в берцовках на толстенной подошве, защищавшей от мин. Черный плащ, как у Амдэ, был таким же универсальным, разве что не мог похвастаться функцией «хамелеон», а может, она просто была выключена. Широкий подол плаща сочетался с поднятым воротником, доходящим почти до мочек ушей и создающим зловещий образ, не хватало только воронов на плечах. Его черные волосы были стянуты в хвост, а черты лица на таком расстоянии невозможно было разглядеть. Зато, увидев связанную, лежащую на земле Деви, следопыт сразу представил ее в деталях. Он помнил каждую черточку ее прекрасного лица и каждую складку комбинезона.
Но что-то ужасное заставило его отвлечься от девушки. Он не мог поверить своим глазам. Вселенная на мгновение съежилась, а потом закрутилась в обратную сторону. На костре между Радионом и Деви жарился скорпион. Издалека сложно было разглядеть животное, но вряд ли в эти края заползло такое же, как Денди, членистоногое с толстым жалом на хвосте, восемью ножками и парой клешней. Когда Амдэ смог вернуть контроль над сбившимся дыханием, он снова свистнул и снова безрезультатно. Произошло худшее, невообразимое и фатальное. Чертов охотник за головами не только похитил его любимую, но и убил лучшего друга. В это невозможно было поверить. Когда Радион поднес ко рту нанизанное на палку мясо, следопыта стошнило. В ярости он разбил бинокль о камень.
Огромных усилий стоило сдержаться и не ринуться на врага, который только и ждал нападения. Медленно продышавшись, Амдэ убедил себя, что ради памяти о Денди следует хорошо подготовиться к мести, подождать, чтобы она остыла вместе с останками скорпиона.
Полный ярости, следопыт набросал план, наметил маршрут тихого подхода к лагерю и, дождавшись вечера, двинулся в путь. Почти весь километр он шел в низине и не видел фюзеляжи самолетов. С каждым новым шагом он все больше ожидал услышать звон в ушах, но спасительный индикатор противника не срабатывал. Вот уже показались самолеты, вот перед глазами мелькнула первая замаскированная растяжка, а звон не хотел появляться. «Неужели Радиону не вживили чип?»