Бывший кузнец обладал недюжинной силой, так что, когда все его уловки и комплименты очаровательной дородной даме не возымели эффекта, он попросту решил зажать ее в кладовке и добиться взаимности натиском и лаской. Мальтруй размахнулся и изо всех сил наподдал трактирщику коленом между ног. Мужчина взвыл, отшатнулся и схватился за ушибленное место. Воспользовавшись этим, торговец со всех ног бросился вон из кладовки, а затем и из трактира. Он слышал в свой адрес гневные крики вперемешку с мольбами о снисхождении. Даже немного жаль было этого несчастного, который и сам не понимал, в какой переплет угодил.
Однако остановиться Мальтруй не мог.
Глупо было надеяться, что он сумеет вернуться и забрать что-то из вещей. Те остались наверху, в комнатке, выделенной трактирщиком. Одежды не жаль, безделушек тоже. А вот письмо королевы, надежно припрятанное в потайном отделении под дном дорожной сумки, – это невосполнимая утрата. Оно открыло бы ему двери Воларьевого коттеджа.
Взвесив все, Мальтруй решил, что как-нибудь сумеет убедить прислугу в том, что его отправила туда королева. Даже к лучшему, что он остался в женском обличии, потому что его мужской вид был хорошо знаком тамошним слугам, они могли слышать о его побеге, а неизвестная женщина, прибывшая к ним по приказанию королевы, скорее всего, побудила бы их лишь отправить ее величеству письмо с вопросом, дабы уточнить, действительно ли она отправляла к ним кого-то.
С такими мыслями он выбрался из города и направил стопы к спасительному убежищу.
Воларьевый коттедж находился в отдалении от королевского дворца, за границей города. Он принадлежал королеве и был построен в полном соответствии с ее вкусами, отличаясь особой изысканностью. Круглый год он содержался в чистоте и порядке, чтобы в любой момент владелица могла приехать туда и остаться на сколь угодно долгий срок.
Здание было небольшим и состояло всего из десятка комнат. В коттедже жили трое слуг: пожилая пара и их взрослая дочь. Все они были искренне преданы королеве, прислуживали ей с самого детства и любили ее как родную.
Мальтруй прибыл в коттедж на утро тринадцатого дня. Целых тринадцать дней о короле не было ни слуху ни духу, оставалось только надеяться, что он в порядке. В трактире судачили о том, что наследник сгинул, что его похитили разбойники, что шпионы из вражеской страны отравили его вином, что он заблудился в лесу на охоте и попался в зубы хищному зверю и даже что его утащили на дно морское шелки. За всеми этими предположениями не было ни одного факта – сплошь досужие выдумки и пустые домыслы. Мальтруй только зря потратил время.
План королевы обернулся грандиозным провалом. Уже завтра ей придется отправить гонца с письмом к ближайшему по очередности наследнику. По прибытии во дворец тот вступит на трон и примет бразды правления. Тогда даже возвращение Реми ничего не изменит.
С такими мрачными мыслями Мальтруй прошел через главные ворота и приблизился к резным дверям, украшенным орнаментом из стрекоз и цветов воларьи – отличительными знаками королевы. В голове его крутились фразы, которые он собирался сказать прислуге, чтобы вызвать как можно меньше подозрений. Он решил, что выдаст себя за служанку, присланную им в помощь, так как вскоре королева должна была покинуть дворец и отправиться сюда. Он взялся за дверной молоток и постучал. Послышалась возня, звук отпирающегося замка, Мальтруй открыл было рот, да так и застыл с отвисшей челюстью.
На пороге стоял Реми.
Живой, здоровый, целый и невредимый Реми собственной персоной.
Потеряв самообладание, Мальтруй сгреб короля в объятия и заголосил:
– Ваше величество! Слава богам, вы живы! Как же радостно вас видеть!
Он почти плакал, размазывая краску с ресниц и румяна с щек. Реми попытался высвободиться, но ничего не получалось. Мальтруй сильнее вцепился в него, будто боялся, что стоит отпустить мальчишку – и тот снова исчезнет. Вдруг кто-то жестко схватил его за руки, насильно разжал пальцы и отцепил от короля.
– Сударыня, вы кто? – возмутился Реми.
– Пожалуй, выставлю-ка я ее за территорию от греха подальше. И ворота запру, – строго сказал Микель и немедленно приступил к выполнению задуманного.
Мальтруй взбрыкнул ногами и поспешно затараторил:
– Погодите, не выкидывайте меня, это же я, я, ваше величество! Простая маскировка! – С этими словами Мальтруй стянул с себя парик.
Реми ахнул и сделал Микелю жест остановиться.
– Мальтруй? Что ты здесь делаешь, да еще в таком виде?
Разобравшись, кто есть кто, они вошли наконец в дом. Стол в гостиной был накрыт. Видимо, Мальтруй прервал завтрак. На одном из стульев сидел незнакомый мужчина, субтильный и малахольный, с мелкими бегающими глазками, и за обе щеки уплетал жареного гуся. Он зыркнул на Мальтруя, как-то гаденько усмехнулся и тут же будто забыл о нем, вернувшись к своему занятию. Ел мужчина неприятно, громко чавкал, ронял ошметки еды и размазывал стекающий жир по лицу. Реми поморщился:
– Неужели нельзя соблюдать хоть какие-то манеры за столом?
