За парапетом показались магистры, и студенты зааплодировали. Я облегчённо выдохнула, увидев Джера целым и невредимым. И поблагодарила себя за решение не менять привычную форму коричневых цветов — наверняка в темноте меня не разглядеть, а тиаля у меня ещё не было. Ректор Аддисад подошла к краю и подняла руки, призывая всех к тишине. Атласные складки её мантии ловили разноцветные блики, делая синий цвет почти неузнаваемым. Студенты встали, приветствуя ректора Кроуницкой королевской академии.
— Дорогие студье́нты! — начала Надалия Аддисад свою поздравительную речь. — Сефодня мы встре́чаем великий праздник Иферийской Династии. Мы слафим Династию королей и королев за их нео́ценимый вклад и наследие, которое они остафили. Сейчас, стоя на по́роге нофых возможносте́й, мы до́лжны помни́ть и чтить традиции королефства. Софсем скоро у нас появи́тся нофый король, который положи́т начало другой династии, но продолжи́т нести Иферийское знамя над Квертиндом во благо́ всех его житьелей. Вы — будущее этого королефства, гордо́сть и до́стояние. Вы — маги, которые всегда будут стоять на защите граньиц, о́снов и принципов Кфертинда. Вы — его льюбимые дети, хра́нящие в себе благослофение его семи богов. Я поздра́фляю вас с великим празднико́м и же́лаю каждому из вас найти сфое верное́ предназна́чение и личное счастье́. Во имья Кфертинда!
— Во имя Квертинда! — стройным хором отозвались студенты и прижали к груди тиали, подражая ректору.
Магистры тоже прижали свои тиали, видимо, отдавая дань традиции и династии. Джер бегал глазами по рядам, и я спряталась за спину стоящего впереди студента. Правда, сверкающая Сирена могла меня выдать, поэтому я отодвинулась к нефритовой клумбе, подальше от огоньков тиалей. Здесь света почти не было. Почва в вазе была совсем не мёрзлая, и я подумала, что втихаря смогу добавить подснежников к этой композиции, если совсем заскучаю.
— Сефодня фас ждьёт сюрпрьиз! — весело обрадовала ректор. — В честь праздника́ перед вами выступи́т изфестный бард Маэстро Галиофский! Он исполни́т сфоё новое́ тфо́рение под название́м «Баллада будущего короля». А после вас всех ждут танцы!
Толпа студентов захлопала, засвистела и закричала. Мне подумалось, что именно объявление о танцах так повлияло на реакцию молодой публики. Я скисла, понимая, что танцевать собирались все, кроме меня.
Ректор рассмеялась счастливым смехом и помахала рукой, призывая к тишине. Сделала приглашающий жест, и на дощатый настил арены вышел… уже знакомый мне Виртуоз Мелироанский. Видимо, он же Маэстро Галиофский. И что-то мне подсказывало, что Искусник Ирбский, сочинивший песнь Сирены для моих часов, тоже он. Бард присел в изящном реверансе, послал воздушный поцелуй в сторону группы целительниц и широко улыбнулся.
— О почтеннейшая публика, любимые дети Квертинда! — обратился он к студентам. — Позвольте представить вам мою новую балладу о будущем короле. Все совпадения прошу считать вымышленными.
Послышались редкие хлопки, доносящие, в основном, от студенток Нарцины. Бард тронул струны памятной зелёной лютни с вензелями, и пространство заполнила мелодия, мотив которой я слышала каждое утро. Мне даже на секунду показалось, что сейчас запоют мои часы. Студенты притихли и начали присаживаться на свои места.
Музыка лилась над каменными ступенями, пронизывая всех своими невидимыми стрелами. Я посмотрела на Джермонда, пытаясь уловить его настроение, но он опустил взгляд, наверняка покручивая своё кольцо. Мне было удобно наблюдать за ним из укрытия, но я знала, что вряд ли увижу хоть какую-то эмоцию. Бард запел, его голос обволакивал моё сознание:
