– Сирена права, – поддержала Фиди, силясь застегнуть незаметные крючки своего бледно-розового платья. – Праздники – маленькие приятные моменты нашей жизни. Мы сами создаём себе настроение тем, что нас окружает. Мы все немного Иверийские принцессы в этот день. И хотим ощутить нечто особенное.
– Праздничную радость? – предположила я, услышав знакомые рассуждения в речах Фиди, и Сирена коротко хохотнула. – Лично я хочу найти там Лилию и Ракель. Или не найти. Любой из вариантов меня порадует.
– Да уж, наша Сирена потрудилась над их праздничным настроением… – Фиди расправила складки на юбке, осматривая себя.
– Ну всё, пора! – скомандовала студентка Эстель, останавливаясь перед зеркалом. – Юна, ты идёшь или встретишь праздник Династии со своим детерминантом?
Я обречённо вздохнула и убрала подарок Кааса в тумбочку. Все мои предыдущие сто двенадцатые дни Красной Луны ничем не отличались от остальных, и с их окончанием я ложилась спать, убаюканная мерным плеском своего озера. Сейчас же меня ожидала важная ночь в честь великой и мёртвой династии. Жаль, что в этот раз Лоним не предложил мне взрывать протухшие фрукты.
***
Сквозь длинные ряды высоких арок бестиатриума сочился свет. Каменные гибриды, навечно застывшие под этими полукруглыми навесами, отсюда угадывались только своими причудливыми силуэтами. Арена академии светилась и мигала, играя тенями безмолвных звериных охранников: казалось, они двигались, расправляли крылья и извивались. С массивных карнизов стекали ливни крохотных золотистых огоньков, мерцающих и исчезающих в темноте праздничной ночи. Ближе к входу украшенные хвоей фонари разгоняли мрак, освещая нарядных и взволнованных студентов.
Сегодня ветхие стены бестиатриума излучали тепло, как серый камень замка, поэтому некоторые уже сбросили шерстяные накидки, демонстрируя вечерние наряды. Порывы ветра гоняли сквозь арки ледяной воздух, но студенты предпочитали оставаться в платьях и нарядных камзолах. Раскрасневшиеся от смущения и предвкушения праздника обитатели Кроуницкой королевской академии смеялись, переговаривались и даже пританцовывали. Было непривычно видеть их такими разными, счастливыми и расслабленными. Вилли прицепила на свою шляпу веточку хвои с Иверийским символом и ретиво распределяла свои улыбки, стараясь не обделить ни одного студента.
Мы нырнули под широкую арку, миновали проход с ржавыми клетками в стенах и застыли от удивления: посреди арены возвышалась огромная иллюзорная ёлка, спорящая своей верхушкой с высотой стен бестиатриума. На ней появлялись и пропадали золотистые короны и крылатые головы львов, между которыми пробегала бордовая спираль ярких огней, теряясь у самого кончика. Наверняка к созданию этой красоты приложил руку магистр Риин.
Привычный и уже любимый мною песок арены сейчас был прикрыт деревянными настилами, поэтому стояли мы весьма твёрдо. Полукруг охватывающих арену ступеней был уже почти весь занят. Над сидениями студентов не было освещения, но в нём и не нуждались – сотни слабых огоньков тиалей будущих магов Квертинда мелькали, подпрыгивали и подрагивали в такт движениям их хозяев, создавая самую красивую и живую иллюзию из всех, которые мне доводилось видеть. За каждым из этих огоньков стояла целая история, каждый хранил в себе частичку человеческой судьбы и магической силы богов, благословляющих эти судьбы.
Сирена и Фиди стояли рядом в своих прекрасных платьях, восхищенные и довольные, и свет магии Мэндэля отражался в их зрачках, бегал по блестящим кружевам, заставлял девушек улыбаться. Праздничая радость проникала в меня вместе со всем этим буйством красок, улыбками моих подруг и взволнованным шумом трибун. Наверное, это и было нечто особенное, о чём сегодня говорила Фиди. Мне нравилось это трепетное оживление, которое охватывало и заражало всех, кто заходил в бестиатриум. Торжество в честь династии, которой больше не было, казалось бессмысленным, но мне нравилось, как оно влияло на дорогих мне людей.
Взгляд сам собой метнулся к высокой сцене, прерывающей полукруг ступеней арены. За парапетом накрыли стол для магистров, но сейчас там никого не было. Среди подносов с угощениями, канделябров и ваз с еловыми ветками я заметила хрустальные кубки и улыбнулась воспоминаниям.
Кто-то из второкурсников окликнул Фиди, она пожелала нам хорошего праздника и стала осторожно подниматься по ступеням, подметая их шлейфом платья и несмело обходя сидящих студентов. Я с горечью посмотрела ей вслед – пожалуй, Фидерика была единственной компанией, на которую сегодня вечером я могла бы рассчитывать.
– Я вижу Лонима, – шепнула взволнованная Сирена и потащила меня к одной из трибун: – Идём!
