– Стязатель из Ордена Крона прямо под вашим носом! – взорвалась у него за спиной ректор Аддисад. – Вы назыфаете это прискорбным случаем, госпо́дин Рутзский? Вы настолько слепы, что не замьетили предателя в числе одного из своих приближенных?
Фигурка в лазурной мантии была на полторы головы ниже консула, но не уступала ему твёрдостью во взгляде. Орлеан Рутзский неохотно развернулся и начал поглаживать бородку, словно пытаясь спрятаться за своей рукой от сердитой женщины.
– К сожалению, с началом изгнания Кирмоса лин де Блайта Орден Крона действует нахально, даже отчаянно, – сухо оправдался господин Рутзский. – Я давно подозревал этого стязателя, ещё когда он пытался выкрасть несчастную леди Горст из темниц. Мы наблюдали за ним в последнее время, но он доказал свою преданность королевству на полуострове Змеи. Увы, бордовые перчатки даруют слишком широкие полномочия, чтобы я мог сразу уличить его в измене. Но теперь у меня есть факты и показания…
– Из-за вашего промедления и бюро́кратии этот по́длец чуть не убил мою студьентку! – возмутилась Надалия Аддисад. – Если бы сфязь менто́ра не прифела магистра Десента на этот ужасный вулкан…
– Вы говорите про Кааса… Брина? – невежливо вклинилась я, пытаясь уточнить суть.
Все снова замолчали, и я прикусила язык. По жалостливым взглядам я поняла, что мне простили этот вопрос, списав на умопомрачение бедной девочки. Какую версию рассказал им Джер? И что теперь будет с ним? Как он себя чувствует после тех ужасных пыток?
– Ох, Юна, – Фиди встала на колени у постели и прижалась мокрой щекой к моей ладони.
– У тебя есть другие знакомые стязатели? – прищурила Сирена покрасневшие глаза.
– Про него, – с небольшой задержкой подтвердил консул, наблюдая за моей реакцией. – Даже в консульстве он так смотрел на вас, леди Горст… как не подобает стязателю. Мне стыдно, что я в тот раз проигнорировал свои подозрения на его счёт. Это порочит репутацию Кроуница и мою личную. Каасу Брину повезло, что магистр Десент пристрелил его. За измену в Квертинде положена мучительная казнь. Смерть от кровавой магии, от руки своих же братьев по оружию…
– Ваша милость! – сверкнула глазами Дамна лин де Торн. – Здесь же леди! И Юне ещё нужен отдых!
Из маленького чемодана она достала какую-то склянку и протянула мне. Настойка оказалась отвратительно горькой, и я бы выплюнула её прямо на пол, если бы здесь не было стольких свидетелей. От резкого дурманящего запаха мой лоб покрылся испариной, и я вытерла его ладонью.
– Да, разумеется, – торопливо согласился консул Рутзский. – Отдыхайте, леди Горст, набирайтесь сил. Если вам когда-нибудь понадобится помощь, можете рассчитывать на мою поддержку. Я буду счастлив оказать вам её, теперь это мой долг.
– Спасибо, – прохрипела я, пытаясь унять тошноту.
В голове немного посветлело, и я начала соображать последовательно. Я не только убила Кааса, я растоптала его репутацию. Мир снова перевернулся с ног на голову, справедливость исказилась: тот, кто заслуживал сочувствий и памяти, стал казнённым врагом, а я – убийца и предательница – пострадавшей и жертвой. Руки сами собой попытались сжаться в кулаки, но сил не хватило и я лишь согнула пальцы. Это я была выродком, подлецом, изменщицей. Я, а не Каас.
В дверях возникла Вилли с дымящейся тарелкой и глазами размером с эту самую тарелку, суп из которой выпрыгивал желтоватыми брызгами с каждым шагом рудвика. Живот громко заурчал, и я стукнула его, чтобы заткнулся. Рот наполнился слюной.
– Фсе на выход! – громко хлопнула в ладоши ректор Аддисад, привлекая внимание. – Студьентка Горст до́статочно натерпелась, чтобы её мучили ещё и допросами.
– И мы? – боязливо пискнула Фиди.
– Конечно, нет! – возмутилась Надалия и махнула в сторону Сирены: – Вы дфе о́бьязаны по́ддержать подругу.
Магистры и консул спешно заторопились к выходу, словно они тоже были прилежными студентами, исполняющими приказы ректора. Дамна задержалась, подозрительно уставившись на мою руку, а потом сунула мне ещё один пузырёк коричневатой гадости, приказав выпить через несколько часов.
Ожога на запястье не было, и я даже задумалась, а был ли он вообще. Я сравнила время на своих часах с теми, что висели в пасти крылатого льва над входом. Стрелки совпали в точности – минута в минуту. Мои часы больше не спешили, синхронно с настенными подбираясь ближе к полудню.
– Сколько я проспала? – спросила я Фиди, когда дверь в нашу комнату закрылась.
Студентка Уорт осторожно убрала с тумбочки тарелку с остатками супа и пристроилась рядом. По её краснющим глазам я поняла, что она тоже не спала, как и Сирена. И вообще выглядела Фиди вряд ли намного лучше меня.
– Больше суток, – она подула на ложку и поднесла к моим губам.
– Ещё успеешь заполнить тиаль вместе со всеми, – Сирена оживилась и теперь рассматривала свои глаза в зеркале. – Ты же не собираешься целый день убиваться по этому говнюку?
Я шумно хлебнула куриный бульон и забрала посуду из рук Фиди. Кинжал лежал рядом, на моей тумбочке, и я подумала, что по Каасу я буду убиваться всю жизнь. Надеюсь, долгую жизнь.
