– Я не знаю, Юна, – девушка пристально посмотрела на меня и вкрадчиво прошептала: – Но кое-кто точно знает. Тот, кто смог подобраться к самим иверийцам.
– Ты говоришь об Ордене Крона? – получилось очень громко, и Фиди шикнула, поэтому я понизила голос до шёпота и придвинулась ближе к ней. – Разве они не опасны?
– Они предлагают свободу, Юна, – глаза Фидерики лихорадочно заблестели. – Свободу! Такую, какую ты сама считаешь правильной. Свободу от королей, императоров и всех этих консулов. Мой отец годами работает в шахте и всё, что добывает, отдаёт королевству. Ему же достаются гроши, которых едва хватает на пропитание семьи. Если бы он забирал все те камни, что добыл, мы бы были богаты!
Дверь распахнулась, и мы с Фиди резко отодвинулись друг от друга, словно занимались чем-то непристойным. В комнату вплыла довольная Сирена, поигрывая моими часиками. Она вся светилась и сгорала от нетерпения рассказать нам о посещении мужского корпуса, поэтому не заметила нашей неловкости. Обсуждать при ней Орден Крона точно не стоило, и мы лишь переглянулись. Я была рада, что теперь у меня появилась сообщница. Сирена же затараторила про мужскую половину академии, про тайную лабораторию Лонима, по её мнению, похожую на чулан с железяками, но больше всего, конечно, про невероятный талант моего друга.
– …совершенно не умеет обращаться с леди, – рассказывала Сирена, – но предложил мне как-нибудь спеть лично для него, а не только для часов Юны. Не знаю, стоит ли мне соглашаться, ведь это похоже на свидание. Не то чтобы я никогда раньше на них не была, но обычно мои кавалеры были более галантными.
– Конечно, соглашайся! – Фиди зевнула. – Вы так красиво смотритесь вместе!
Я скривилась и вернула часы на руку. Они вполне мирно тикали, не обнаруживая никаких поломок и изменений. И так же спешили на пять минут, судя по местным часам.
– Правда? – наигранно удивилась Сирена. – Ты это заметила?
– И как всё прошло? – перебила я открывшую было рот Фиди и указала на свои часы.
– О, к нам несколько раз заглядывали разные студенты, приносили куртажики в обмен на какие-то записывающие механизмы. По-моему, они обманывают преподавателей на теоретических экзаменах! Лоним неплохо зарабатывает на своей магии механизмов, я вам скажу! Но я не удивлена: он в этом чертовски хорош. Явно знает, что делает. Если бы нас так часто не беспокоили, возможно…
– Сирена, как мои часы? – настойчиво перевела я разговор в нужное русло.
– Должны работать, – она безразлично пожала плечами. – Настроили ровно на восемь утра. Ну, то есть ты будешь просыпаться в семь пятьдесят пять, но, учитывая твою утреннюю лень, это пойдёт тебе на пользу. Юна, мне надо кое-что у тебя спросить.
Она посерьёзнела, и я внутренне подобралась. Может, она слышала нашу беседу с Фиди? Знает о моих планах? Или выяснила что-то о моей матери?
– У тебя с Лонимом ничего не было? – леди Эстель смотрела очень напряжённо.
– Вот жабьи потроха, Сирена! – выругалась я. – Конечно, нет!
Не знаю, что она имела в виду под «ничего», но я была абсолютно убеждена, что точно ничего из того, что могло бы её заинтересовать. Вряд ли желтопузики и фехтование входили в этот список. На удивление, Сирена сильно смутилась. Это было совсем на неё не похоже.
– Просто вы росли вместе, знаешь, такое бывает, когда…
– Сирена, прекрати! – прервала я подругу.
Я отвернулась и снова взяла книгу, давая понять, что разговор окончен. Она закусила губу и начала укладываться в постель. Мне жутко не нравилось то, что происходило между Лонимом и Сиреной. Совсем не хотелось становиться чужой для них обоих. Я боялась их потерять, ведь у меня больше никого не было.
– Кажется, нам пора спать, – Фиди настороженно переводила взгляд с меня на Сирену.
Она накрылась одеялом, всё ещё не спуская с нас глаз. Я фыркнула и попыталась сосредоточиться на книге. Размашистый почерк едва можно было разобрать. Это было студенческое учебное издание, написанное на самом дешёвом пергаменте. Заголовок гласил:
