Русское могущество в Америке усилилось после образования Русско-Американской компании, потому что различные местные народы больше не могли разыгрывать между собой конкурирующие российские коммерческие предприятия. "После 1799 года, - пишет историк Лидия Блэк в книге "Русские на Аляске, 1732-1867", - не осталось места для маневров, и политическая независимость во внешних делах была утрачена для всех народов, находившихся под непосредственным контролем Компании". Баланс сил изменился, и компания продолжала расширять свои операции на юг, на богатую морскими оленями территорию воинственных тлинкитов. Когда Баранов впервые посетил Ситка-Саунд в 1797 году, он счел его идеальным местом для базы компании. Большая, защищенная бухта располагалась среди запутанных, покрытых лесом фьордов, усеянных бесчисленными островами. Климат здесь был дождливым, а растительность - пышной, что стало возможным благодаря мягким океанским течениям. Гигантские заросли болиголова, ели и кедра покрывали могучие горы; почва была богата для сельского хозяйства, а воды - хороши для рыбалки. А самое главное - здесь водилось множество морских выдр, которых все труднее было встретить дальше на севере. Но это была, конечно, не пустая пустыня: это была родина тлинкитов. На пляжах стояли гигантские кедровые дома, расположенные за рядами тотемных столбов. Гектор Шевиньи пишет: "Их цивилизация была определенной, их искусство развито до степени формализма; они практиковали демократическое правление, но поддерживали аристократию... Подобно пиратским викингам, они выходили в море на длинных, отлично сработанных каноэ, вмещавших тридцать воинов, вооруженных шлемами, нагрудными пластинами и щитами. Они проплывали сотни миль от своих баз, до Пьюджетс-Саунд и реки Колумбия, до Алеутских островов и даже вдоль Берингова побережья, в поисках добычи и рабов для работы в своих деревнях или для человеческих жертвоприношений". Вторжение на эту территорию, безусловно, привело бы к неприятностям и было невозможным, когда русские предприятия конкурировали друг с другом.
Баранов опасался, что если ему не удастся продвинуть свои операции дальше на юг, то англичане придут сюда, захватят территорию и будут доминировать в торговле; по данным его разведки, в этот регион ежегодно заходили несколько иностранных судов для торговли ценными шкурками. "Можно с уверенностью предположить, - писал он, - что за последние десять лет англичане и американцы отправляли в этот регион по десять кораблей ежегодно, и мы можем также предположить, что каждый из них увозил в среднем... две тысячи шкурок...". По нынешней кантонской цене в сорок пять рублей за штуку это составляет четыреста пятьдесят тысяч рублей. . . И такие поставки в Кантон очень угнетающе действуют на наш собственный рынок... Если мы хотим предотвратить разорение нашего собственного дела англичанами и американцами, то такой шаг должен быть сделан. Прежде всего, необходимо, чтобы мы переехали поближе к ним, чтобы наблюдать за их действиями".
Британские и американские торговцы также торговали оружием, и набеги тлинкитов на север стали гораздо опаснее. Наполеоновская война в Европе ослабляла британцев и испанцев, поэтому для Российско-Американской компании настало время выйти на юг и установить контроль. Баранов положил глаз на Ситка-Саунд, где компания могла бы основать новую базу и поселение.
Зимой 1799 года Баранов погрузился в сложнейшую работу по планированию продвижения, а в мае 1800 года его корабли и сотни людей отправились в самую амбициозную попытку компании выйти на новый рынок. В общей сложности Баранов командовал более чем 1100 людьми на небольших судах (около 100
русские, 700 алеутов и 300 туземцев из других племенных групп). Штормы потопили несколько небольших судов, а ночной набег тлинкитов убил около тридцати человек еще до того, как они достигли Ситки. Когда Баранов встретился со Скаютлелтом, главным вождем Ситка-Саунд, он получил разрешение построить ротный форт на лучшем пляже. Но сделка не встретила единодушного одобрения жителей Ситки. Пожилой вождь подвергся критике со стороны других членов своего клана за то, что осмелился позволить русским захватчикам поселиться в Саунде. Пока рабочие Баранова превращали гигантские деревья в стены форта, туземные военные отряды патрулировали окрестности. Через несколько месяцев форт был завершен. Его основание было около двадцати метров в длину и пятнадцати в ширину, стены толщиной в полметра, увенчанные вторым этажом, отходящим от первого, и со сторожевыми башнями по двум углам. В поселении имелись кузница, поварня, казармы и поля, расчищенные для земледелия и разведения домашних животных. Баранов назвал его Архангельским.
