Саутвелл, не ожидавший столь дерзкой выходки, слегка сдвинул брови и сделал шаг в сторону Изабеллы. Однако мгновение спустя на лице его вновь застыло выражение непоколебимой надменности.
— Прошу вас, миссис Болейн, держите себя в руках! — взмолился я. — Вы не должны отвечать, поддаваясь на провокации, в противном случае вы лишь навредите мужу.
— Он прав, — подхватил Чаури.
Изабелла недовольно поджала губы, однако кивнула в знак согласия. Свидетели продолжали прибывать; в большинстве своем то были простые люди, вызванные по другим уголовным делам. Оказавшись в просторном зале с каменными стенами и высокими сводами, среди облаченных в мантии законников, они тревожно озирались по сторонам. Наконец явилась знакомая нам троица: сосед и заклятый враг Болейна — краснолицый тучный Вайтерингтон и его здоровенный управляющий Шукбору, который крепко держал за локоть старого пастуха Эдриана Кемпсли. Последний выглядел до крайности испуганным и растерянным. Конечно, он привык проводить время в одиночестве, среди овец, и столь многолюдное общество не может не смутить его, подумал я. Однако Вайтерингтон, вне всякого сомнения, втолковал старику, что именно тому следует говорить. Бросив взгляд на Изабеллу, Вайтерингтон насмешливо скривил губы и что-то пробормотал себе под нос. Изабелла резко отвернулась.
Тут я заметил Саймона Скамблера, вошедшего в зал своей странной прыгающей походкой. Вслед за ним шествовала тетушка, чье кислое лицо обрамлял парадный черный чепец. Вид у Скамблера был скорее озадаченный, чем испуганный; рот приоткрыт, словно бы у рыбы, которую вытащили на сушу. Стоило ему появиться, как кто-то в толпе захохотал. Завидев нас, мальчуган просиял от радости.
— Мастер Шардлейк! Мастер Овертон! — воскликнул он, подбегая поближе.
— Да ниспошлет тебе Господь доброго утра, Саймон. Приветствую вас, миссис Скамблер.
Тетя Хильда сжала губы в противоестественно тонкую полоску.
— Миссис Марлинг, с вашего позволения, — поправила она меня. — Мать Грязнули доводилась мне сестрой.
— Я так рад вас видеть, — доверчиво сообщил Скамблер. — Когда вы рядом, я ничего не боюсь.
— Саймон, будь готов к тому, что судьи станут задавать тебе самые каверзные вопросы, — предупредил я.
— Да, Грязнуля, они будут говорить с тобой очень строго, — добавила тетя Хильда. — Но ты должен отвечать честно и откровенно. Помни, Господь все слышит и все знает.
— Не сомневаюсь, Саймон, ты будешь держаться молодцом! — подбодрил парнишку Николас.
Дверь вновь распахнулась, впустив братьев Болейн и их деда, облаченного в мантию олдермена. Правая рука Барнабаса висела на перевязи под богато расшитым дублетом. Все трое смотрели на меня, как удавы на кролика. Вслед за своим супругом и внуками в зале появилась миссис Джейн Рейнольдс. Она шла, низко опустив голову в темном старушечьем чепце. Скамблер, увидев эту семейку, моментально съежился. Изабелла вздрогнула, и Николас успокоительно сжал ее руку повыше локтя.
Близнецы и их дед важно шествовали сквозь толпу. Гэвин Рейнольдс бесцеремонно оттолкнул молодую женщину, стоявшую у него на пути. Барнабас, увидев Скамблера, закричал во всю глотку:
— А ты зачем сюда приперся, придурок? Пожаловаться судьям, что мы задали тебе трепку?
Все взгляды устремились к нему. В зале повисло молчание, которое, к немалому моему удивлению, нарушил голос Джона Фловердью:
— Прекратите безобразничать, юный Болейн, иначе судебный пристав выведет вас отсюда!
Близнецы злобно зыркнули в сторону Фловердью и уже было двинулись к нему, однако дед резко одернул их:
— Стойте! Вам ни к чему наживать такого врага! Этот человек будет распоряжаться вашими землями.
Братья замерли, пытаясь испепелить Фловердью помутневшими от ярости глазами. Завидев Джона Аткинсона, они устремились к нему.
— Пришел посмотреть комедию, Джонни? — спросил Джеральд.
— Да, решил немного позабавиться. Что у тебя с рукой, Барни?
— Ввязался в небольшую драку. А ты больше не пытаешься заставить эту глупую корову Агнесс Рендольф выйти за тебя замуж?
— Мы давно женаты, — нахмурившись, ответил Аткинсон.
Джеральд игриво толкнул его в бок и подмигнул, Джон криво усмехнулся.
Можно было не сомневаться: о ночном столкновении с нами близнецы будут молчать; оба скорее умрут, чем признаются, что потерпели поражение и лишились мечей. Внутренняя дверь распахнулась, и появился человек в черной мантии, с белым посохом в руке.
— Свидетели по делу «Король против Джона Болейна», предстаньте перед судом! — провозгласил он.
